«Поехали» по-русски и по-американски
Во сколько выход в космос обошелся СССР и США
12 апреля 2026 года исполнилось 65 лет полету Юрия Гагарина — первому полету человека в космос. 5 мая — 65 лет первому суборбитальному полету американского астронавта Алана Шепарда. В первое космическое десятилетие супердержавы потратили на борьбу за приоритет в освоении космоса миллиарды рублей и долларов. «Деньги» подсчитали космические бюджеты.
Первым делом — ракеты
Первый советский спутник и полет Гагарина в космос — последствия длинной цепи событий. Мирное освоение космоса изначально не было целью ни для Советского Союза, ни для Соединенных Штатов.
Космическая гонка после окончания Второй мировой войны родилась из ядерной гонки вооружений. 13 мая 1946 года Совет министров СССР принял постановление «Вопросы реактивного вооружения» (это и все последующие постановления на ракетную и космическую тему были тогда совершенно секретными).
В соответствии с этим постановлением в подмосковном Калининграде (с 1996 года носит название Королев) был создан Научно-исследовательский институт №88 (НИИ-88). В августе 1946 года начальником и главным конструктором отдела №3 СКБ-88, входившего в состав НИИ-88, был назначен Сергей Королев. Отдел занимался разработкой баллистических ракет большой дальности. В 1950 году на базе нескольких отделов СКБ-88 было образовано Особое конструкторское бюро №1 (ОКБ-1) под руководством Королева.
Постановлением от 13 мая 1946 года был создан Государственный центральный полигон Министерства вооруженных сил Союза ССР для испытаний ракетного вооружения, который впоследствии стал известен как полигон Капустин Яр. На нем проходили испытания первых баллистических ракет.
По открытым источникам нельзя точно оценить общие расходы СССР на программу создания баллистических ракет. Доступны лишь отдельные цифры. Так, 13 февраля 1949 года Совет министров СССР постановил обязать Министерство вооруженных сил форсировать строительство Государственного центрального полигона, освоив в 1949 году работы в объеме 50 млн руб.
В 1950 году дополнительный объем строительства на полигоне был профинансирован на 22 млн руб. В 1952 году на строительно-монтажные работы на полигоне было выделено 50 млн руб.
После успешных испытаний первой советской баллистической ракеты Р-1 (первый запуск — 10 октября 1948 года) работникам НИИ, конструкторских бюро, заводов и аппарата министерств и ведомств, причастным к разработке и изготовлению этих ракет и комплектующих к ним, были выплачены премии в общем размере 6,017 млн руб. Если предположить, что размер премии соответствовал половине или целой месячной зарплате, то фонд оплаты труда тех, кто был занят в проекте, составлял примерно 72–144 млн руб.
Постановление Совмина СССР от 13 мая 1946 года предусматривало также создание научно-исследовательских институтов. В структуре Министерства вооруженных сил был создан НИИ-4. Строительство зданий НИИ затянулось. Предусматривалось, что оно завершится к 1950 году, но в 1950 году только приступили к работам по капитальному строительству. Утвержденный объем финансирования на эти цели в 1947–1951 годах составлял 21,2 млн руб., отпущено было чуть больше половины этих средств — 11,7 млн руб., а выполнено работ на 9,8 млн руб.
4 декабря 1950 года вышло постановление Совмина СССР о проведении научно-исследовательских работ по теме Н-3 «Исследование перспектив создания РДД различных типов с дальностью полета 5000–10 000 км с массой боевой части 1–10 т». Для оценки масштаба — расстояние от полигона Капустин Яр до любой точки на Западном (тихоокеанском) побережье США не превышает 10 тыс. км.
Теоретическая возможность создания таких ракет была доказана.
20 мая 1954 года было принято постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР о разработке межконтинентальной баллистической ракеты—носителя ядерного заряда. Конструирование ракеты Р-7 было поручено ОКБ-1 Королева. В тот же день вышло постановление о разработке других ракетных технологий. В 1954 году ОКБ-301 под руководством Семена Лавочкина занялось разработкой крылатой ракеты «Буря», ОКБ-23 Владимира Мясищева — ракетно-самолетной системы «Буран». Оба проекта впоследствии были остановлены. Технология, которую разрабатывал Королев, была признана более перспективной. С экономической точки зрения производство Р-7 тоже было выгоднее. В докладной записке Михаила Хруничева (заместителя председателя Совета министров СССР) и Василия Рябикова (председателя Специального комитета Совмина СССР, координировавшего работы по созданию ракетной техники), поданной 20 июня 1955 года первому секретарю ЦК КПСС Никите Хрущеву и председателю Совета министров СССР Николаю Булганину, ориентировочная стоимость первых образцов Р-7 (без снаряжения) оценивалась не менее чем в 60 млн руб., «Бури» — 90 млн руб. В других документах приводилась более высокая оценка стоимости Р-7 — 300–400 млн руб. Ориентировочно в шестой пятилетке (1956–1960 годы) на производство всех средств ракетного и реактивного вооружения в СССР планировалось израсходовать 48,4 млрд руб., то есть примерно 9,68 млрд руб. в год. По официальному обменному курсу рубля к доллару США — $2,42 млрд.
Для сравнения: в 1956 году расходная часть госбюджета СССР была установлена в размере 568,8 млрд руб.
Как родилась идея советского спутника
Летом 1948 года замначальника НИИ4 Михаил Тихонравов выступил сначала на научном совете НИИ-4, а затем на заседании Академии артиллерийских наук с докладом «Пути осуществления больших дальностей стрельбы». В своем докладе он рассказал, что пакетная схема компоновки ракет позволяет получить практически любую дальность полета, что делает возможным запуск искусственного спутника Земли (ИСЗ). Большинство представителей научного сообщества доклад как минимум не оценили, как максимум — не одобрили. Руководство НИИ-4 сочло неправильным отклоняться от основного — военного — направления исследований.
Но работы Тихонравова сумел оценить по достоинству Сергей Королев. Его ОКБ-1 заказало НИИ-4 научно-исследовательскую работу по изучению технической возможности создания простейшего ИСЗ и перспектив осуществления полета человека в космос.
Докладную записку Тихонравова по итогам этих работ Королев представил в ЦК КПСС и Совет министров СССР, в Министерство оборонной промышленности. Это произошло в мае 1954 года, буквально через несколько дней после постановления о разработке МБР Р-7. Королев в пояснениях к записке Тихонравова сообщал, что ракета Р-7 может быть использована для вывода спутника на околоземную орбиту.
Проектирование Р-7 было завершено в июле 1954 года, эскизный проект ракеты был одобрен Советом министров 20 ноября.
Идея искусственного спутника получила одобрение не сразу.
Что дало старт космической гонке
Еще в 1950 году была выдвинута идея Международного геофизического года (МГГ), в рамках которого ученые из разных стран занялись бы выполнением геофизических исследований по согласованной программе. Крайними датами проекта были определены 1 июля 1957 года и 31 декабря 1958 года, так что геофизический год получался длиннее календарного.
Всего в МГГ приняли участие ученые 67 стран, в том числе СССР.
4 октября 1954 года в Риме на заседании Специального международного комитета по проведению МГГ представители США предложили в ходе Международного геофизического года запустить небольшие искусственные спутники Земли с научной аппаратурой.
14 марта 1955 года Национальный комитет США по МГГ опубликовал доклад, в котором признал возможным запуск американского научного спутника во время МГГ. В мае проект одобрил президент США Дуайт Эйзенхауэр. 29 июля 1955 года пресс-секретарь Эйзенхауэра Джеймс Хагерти объявил, что Соединенные Штаты запустят научный спутник во время Международного геофизического года.
Хагерти услышали в подмосковном Калининграде. Михаил Хруничев, Василий Рябиков и Сергей Королев 5 августа подали секретарю ЦК КПСС Никите Хрущеву и председателю Совета министров СССР Николаю Булганину записку о работе по созданию искусственного спутника Земли.