Набег слона на посудную лавку
Экономические последствия войны в Заливе
Хотя президент США общается с широкой публикой много и часто, геополитические цели, ради достижения которых он затеял войну в Персидском заливе, не очень ясны. Его политические заявления сумбурны и противоречивы. Какие из них правдивы, а какие являются блефом, знают, возможно, только сам Дональд Трамп и его ближайшее окружение. Впрочем, не исключено, что все это словоизвержение — лишь дымовая завеса истинных целей.
Экономические мотивы в данном случае вполне понятны. В сущности, Дональд Трамп хочет вернуть Соединенным Штатам и их союзникам контроль над глобальной нефтяной отраслью, который был утерян в результате войны Судного дня 1973 года. Именно тогда завершилась многолетняя стабильность мировых цен на нефть и ускорился переход основных нефте- и газодобывающих активов под контроль независимых развивающихся стран. В результате США и другие западные страны потеряли очень большие деньги, поскольку существенную долю резко выросшей сырьевой ренты им пришлось отдать нефтедобывающим государствам.
Пока темпы и качество собственного экономического роста устраивали американцев, они мирились с таким положением дел. Но в последние десятилетия экономический рост США замедлился, государственный долг многократно вырос, число желающих покупать американские ценные бумаги стало сокращаться, внутренние социальные проблемы обострились. Неудивительно, что в этих обстоятельствах стал расти интерес американского истеблишмента к предложениям радикального решения существующих проблем. Среди предложений такого рода особой популярностью всегда пользовалась идея о принудительном восстановлении американского контроля над нефтегазовыми активами в развивающихся странах с последующим перераспределением сырьевой ренты в свою пользу. Во всяком случае, шутка про то, что «власти США с удивлением обнаружили над залежами американской нефти какую-то туземную страну», в ходу не первый десяток лет.
Известный своей склонностью к авантюрам президент Трамп, по всей видимости, решил, что негоже такой классной бизнес-идее пропадать зря, и стал воплощать ее в реальность.
Рейдерский захват чужих нефтяных активов начался с Венесуэлы. Атака на эту страну прошла на редкость удачно для американцев. Вооруженного сопротивления практически не было, все военные цели были достигнуты очень быстро, а «свободный западный мир» безропотно проглотил и фальсифицированный предлог для вторжения, похищение законно избранного президента независимой страны и гибель нескольких десятков мирных людей. Ну а главным призом стало фактическое согласие венесуэльских властей отдать национальную нефтяную отрасль под контроль США.
Легкость этой победы воодушевила администрацию США, и следующий свой «венчурный проект» она решила реализовать в главном нефтедобывающем регионе мира — окрестностях Персидского залива. Благо и повод имелся — многолетний конфликт с Ираном из-за ядерной программы последнего.
Однако где-то американские военные аналитики серьезно просчитались. Блицкриг в Иране не удался. Более того, война затронула не только Персидский залив, но и весь Средний и отчасти Ближний Восток.
При таком развитии событий США автоматически оказались в положении слона в посудной лавке. В районе боевых действий оказалось огромное количество важнейших для всего мира производственных мощностей и транспортных коммуникаций. Например, по экспертным оценкам, сейчас Средний Восток на глобальном рынке — это примерно 34% сырой нефти, 19% сжиженного природного газа (СПГ), 17% легких нефтепродуктов, 44% бутана, 25% пропана, 9% алюминия, 44% серы, 31% карбамида, 18% аммиака, 15% фосфатов, 33% гелия. Все эти продукты крайне важны для мирового транспорта, энергетики, химической промышленности, сельского хозяйства и многих других отраслей. Преобладающая часть перечисленных товарных потоков проходит через Ормузский пролив, ширина которого в самом узком месте не превышает 33 км, и потому его довольно просто перекрыть для судоходства.
В условиях войны никто беречь эти активы, разумеется, не стал. Наоборот, стороны конфликта, стремясь навредить противникам как можно больше, начали активно разрушать экономический потенциал друг друга. Современные технологии сделали легкодоступными для ракет и дронов и те объекты, которые расположены в сотнях и даже тысячах километрах от пусковых позиций противника. Как следствие, судя по сообщениям с мест, за месяц с небольшим в Иране, Объединенных Арабских Эмиратах, Саудовской Аравии, Бахрейне, Кувейте и других странах региона было целенаправленно выведено из строя множество важнейших промышленных предприятий, объектов транспортной инфраструктуры, нефтехранилищ, судов и т.п.