Деньги, власть и клинопись: как жили женщины в древнем Вавилоне
Воображение обычно рисует женщину древности бесправной фигурой, зависящей от отца или мужа. Однако клинописные архивы Месопотамии показывают более сложную картину: женщины Шумера, Аккадской империи и Вавилона владели землей, домами и рабами, заключали сделки, выдавали займы, участвовали в торговле и могли защищать свои имущественные права в суде. При этом их возможности были ограничены устройством патриархального общества, где ключевые решения по-прежнему оставались за мужчинами. Forbes Woman разбирается, какое место занимали женщины в одной из самых ранних цивилизаций.
Месопотамию часто называют одной из первых цивилизаций в истории человечества. Ее становление традиционно связывают с шумерами, которым приписывают создание письменности, изобретение колеса, гончарного круга и многих других технологий, определивших развитие Древнего Востока. Однако наследие шумеров не ограничивалось инженерными достижениями. Именно здесь начали складываться первые представления о государственном управлении, собственности и праве, которые позже легли в основу законодательных традиций региона. Вместе с ними формировались и нормы, определявшие положение женщин в обществе, — их имущественные права, возможность наследовать, владеть собственностью и участвовать в хозяйственной жизни.
Однако права женщин не были статичными: они то расширялись, то сокращались вместе с изменением политического устройства общества. Например, в Раннединастический период (около 2900–2350 годов до н. э.) закон Шумера наказывал смертной казнью преступника, совершившего насилие над женщиной; обязывал мужа платить жене одну мину серебра (в разное время эта мера составляла примерно 500–1000 г металла) при разводе; разрешал женщинам участвовать в политической жизни. Однако с усилением централизованной власти сначала в Аккадской империи (с 2334-го по 2154 год до н.э.), затем и в других государствах Месопотамии статус женщин постепенно снижался. История показала: завоевание экономических и политических свобод может быть обратимым.
К 1894 году до н.э. политическое лидерство в Месопотамии перешло к вавилонянам, которые унаследовали значительную часть шумерской культуры и правовых традиций, определявших повседневную жизнь общества.
С раннего детства жизнь мальчиков и девочек в Вавилоне была строго разделена. Первых готовили к жизни вне дома — ремеслу, военной службе или, если повезет, профессии писца. Вторых — к ведению хозяйства: девушек учили прясть, ткать, печь хлеб, готовить и ухаживать за детьми. От того, насколько хорошо они справлялись с этими обязанностями, зависела их репутация как потенциальных жен. При этом именно сын считался продолжателем рода: он должен был заботиться о престарелых родителях и совершать поминальные обряды после их смерти.
Образование в Вавилоне оставалось привилегией высших слоев общества — и прежде всего мужчин. При храмах существовали школы писцов (их называли э-дубба, что в переводе означает «дом таблички»), где на протяжении нескольких лет детей обучали клинописи — системе письменности из более чем 600 знаков. Выпускники таких школ становились писцами при храмах и дворце, вели хозяйственные документы, составляли договоры, переписывали законы, занимая важное место в системе управления государством.
Девочек в э-дубба принимали лишь в исключительных случаях. Как правило, если семья готовила дочь к служению в храме, где грамотность была необходима (например, образование получали будущие жрицы). До наших дней дошли имена около 185 женщин-писцов из города-государства Сиппара (Нижняя Месопотамия), а также — из Мари на берегу Евфрата. Все они занимались ведением документов о хозяйственных делах местных храмов.
Интересную историю рассказывает документ, найденный в Сиппаре и датируемый концом XIX или началом XVIII веков до н.э. Надиту — жрица, соблюдающая обет безбрачия — по имени Амат-Шамаш удочерила другую жрицу, чтобы иметь возможность передать ей все свое имущество. После смерти Амат-Самаш двое мужчин, предположительно, ее родственники, подали в суд на наследницу и заявили: «Амат-Самаш ни в коем случае не передавала вам имущество и не писала для вас таблички. Это вы написали после ее смерти». Поскольку наследницу обвинили в подделке документа, можно предположить, что она была грамотной и знала специальные юридические формулы на шумерском языке. Впрочем, как следует из источника, опрошенные свидетели заявили, что Амат-Самаш сама написала договор об усыновлении — то есть тоже владела клинописью.
Хотя в э-дубба девочки учились редко, они могли освоить клинопись дома, пишет историк Сесиль Мишель из Центра археологии и антиковедения Университета Париж — Нантер. О том, что грамотой владели не только жрицы и специальные работницы во дворцах, но иногда и обычные домохозяйки, свидетельствует корпус табличек, найденных на месте древнего города Каниш (на территории современной Турции), куда отправлялись караваны из Ашшура. Жены купцов, ждущие мужей дома, отправляли в Каниш письма с новостями, просьбами, вопросами, причем анализ «почерка» показывает, что не все они пользовались услугами профессиональных писцов. Некоторые из этих посланий наполнены неподдельными эмоциями: «Срочно! Когда услышишь (предполагалось, что письмо будет прочитано адресату вслух. —