История поэтессы Юлии Друниной и сценариста Алексея Каплера

StoryИстория

Юля и Люся

История поэтессы Юлии Друниной и сценариста Алексея Каплера, если рассматривать её в декорациях cвоего времени (60–70-е годы) и на фоне великих современников, – она весьма обыкновенная. Но сегодня они оба выглядят титанами, а их любовь – чудом взаимного уважения и милосердия. Почему?

Дмитрий Быков

 

1

Идея сочинить текст про Друнину и Каплера мне поначалу не улыбалась, потому что Друнина была, на мой вкус, не очень сильным поэтом, но хорошим советским человеком со всеми плюсами и минусами, присущими этому типу. И, главное, где мне найти личный угол зрения для разговора о ней? Я ведь не знал её. Но потом я вспомнил.

В 1987 году я попал в больницу, куда меня положил военкомат. Они меня хотели проверить на предмет годности к строевой, ничего серьёзного не обнаружилось, и меня призвали. А пока я там лежал, к нам в отделение привезли довольно противного типа, который на всех брюзжал, нянечкам и медсёстрам беспрерывно делал замечания, и вообще он был какой-то начальник, попавший в нашу простую окраинную больницу исключительно по «скорой». И его должны были забрать в привилегированную, а пока он отравлял нам жизнь и делал замечания по любому поводу, и я как самый молодой вызывал особенную его неприязнь, потому что он прошёл всю войну, а я, по его мнению, откашивал.

– Ну, и на кого же вы учитесь? – спросил он брезгливо.
Я ответил, что на журналиста, на литературного критика. Тут он заинтересовался.
– Критика? Друнину знаете?
Я как раз знал прилично, потому что у нас на даче хранился хороший комплект советских журналов, и Друнина там часто печаталась.
– Военные вещи хорошие, – сказал я осторожно, – а остальные мне не очень.
Старик неожиданно просиял.
– Ну, я вижу, что ты критик, – сказал он, переходя на «ты». – Я ей всю жизнь это говорю, а она отвечает: «Нельзя же вечно в окопе!» Я ведь в той же дивизии служил. Мы до сих пор все собираемся. Любим её все. Она, понимаешь… Мужчина может с войны вернуться, а женщина нет. Им это как-то так врезается, что они уже всех судят по тем законам. Но она прекрасный человек, только её понимать надо. Ты её что-нибудь наизусть знаешь?

Я прочёл «Натали»: «Поэта носит по степям и хатам, он у «Емельки Пугача» в «плену». Лишь спрашивает в письмах грубовато, по-русски, порасейски: «Ты брюхата?» – свою великосветскую жену. Да, торопила – скоро роды снова, да, ревновала и звала домой. Что этой девочке до Пугачёва, когда самой хоть в петлю лезть порой? Но повторять наветы нам негоже. Забыли мы, что, уходя с земли, поэт просил Наташу не тревожить, – оставим же в покое Натали...»

– Плохо, – сказал он сокрушённо. И я согласился. – Но она настоящий поэт, – добавил он внушительно. – Ты это понимаешь?
Я честно сказал, что да.
– Просто нельзя всех мерить войной, – прибавил он, глядя в окно. – Война прошла – ну, и надо жить… Если б я так с людьми, я бы никому ничего не прощал. А она так оттуда и не вернулась, потому что женщине там нечего делать.

Командир партизанской бригады Н. Васильев, военный корреспондент Алексей Каплер (в центре) и комиссар М. Орлов. 1942 год
 

Так что по крайней мере одно личное воспоминание о Друниной у меня есть, и мысль о том, что «женщине нечего там делать, потому что она не может оттуда вернуться», мне запомнилась. Я сейчас и применительно к России это понимаю: она ведь тоже в некотором смысле женщина и тоже никак не может отойти от той войны, и все меряет по ней, и странным образом хочет туда вернуться. А надо жить. Но что же делать, если, кроме войны, ничего как следует не получается?

2

История Друниной и Каплера началась на Высших сценарных курсах, где она училась, а он преподавал. Она туда поступила в 1954 году, когда ей было тридцать. Каплер (при рождении его назвали Лазарем, но он в 1921 году ради первого брака крестился и стал Алексеем) за год до этого вернулся из Инты, попав под первую волну реабилитаций, и ему было пятьдесят. Он был женат на Валентине Токарской, с которой познакомился в Воркутинском лагерном театре (она была во фронтовой бригаде, попала в плен, за это отсидела, они освободились почти одновременно и официально поженились в Москве в 53-м). Он был персонаж легендарный, попал даже в песню Высоцкого «Антисемиты» – «Средь них пострадавший от Сталина Каплер» (среди евреев, а не антисемитов, понятное дело). Пострадал он от Сталина, как вы хорошо знаете, – это все знают, – потому что в него влюбилась сталинская дочка Светлана Аллилуева, ей было шестнадцать, а ему тридцать восемь. Они увиделись в октябре 1942 года – семья Сталина жила в Зубалове под Москвой, Василий Сталин консультировал задуманный Каплером сценарий о лётчиках, они увиделись со Светланой. Он удивился, что она хорошо знает кино, стал привозить в Зубалово фильмы – «Королеву Христину» с Гретой Гарбо… Виделись они и на общих вечеринках, в наркомовских семьях, куда Каплер был вхож. Первый танец – в Зубалове во время празднования 7 Ноября. Светлана была далеко не красавица – скорее всего, Каплера возбуждали именно отношения с дочерью самого могущественного человека в СССР, а то и в мире; он был сценаристом роммовской дилогии о Ленине, орденоносцем, чувствовал себя человеком государственным и наслаждался, видимо, допущенностью в «круги». Да и кому не польстила бы подростковая влюблённость дочери вождя, которая была и умна, и отважна, и остроумна, и чем-то странно похожа на него. Она многих очаровывала уже после смерти Сталина – Давида Самойлова, Андрея Синявского (к Синявским даже заявилась домой, требуя, чтобы Марья Розанова его уступила; Марья Васильевна ответила в своём духе – «Андрюша, не слишком ли ты увлёкся изучением советской истории?»). Каплер в какой-то момент решил, что ему теперь можно всё, и напечатал в «Правде» от 14 декабря 1942 года текст под названием «Письмо лейтенанта Л. из Сталинграда». Якобы пишет лейтенант с передовой, обращается к московской возлюбленной, вспоминает прогулки с ней под московским снегом… Обращено оно было непосредственно к ней, с чётким географическим указанием: «Сейчас в Москве, наверное, идёт снег. Из твоего окна видна зубчатая стена Кремля…» За Светланой с самого начала следили – Каплер иногда поджидал её после выхода из школы, с неё вообще не спускали глаз; сама она в воспоминаниях писала: «А за нами поодаль шествовал мой несчастный «дядька» Михаил Никитич Климов, совершенно обескураженный сложившейся ситуацией и тем, что Люся очень любезно с ним здоровался и давал прикурить». Пожалуй, в невинных (совершенно невинных!) прогулках ничего страшного ещё не было, но вот публичный отчёт о романе, с некоторым даже вызовом, – это уже было чересчур, и сначала Сталин отругал дочь (по её воспоминаниям, закатил ей пощёчину), а потом дал команду арестовать Каплера.

Обстоятельства этого ареста описаны Марком Галлаем, легендарным лётчиком, который Каплера близко знал: «В 1943 году, после возвращения из партизанского края за Северо-Западным фронтом, куда он летал как военный корреспондент, Каплер находился в Москве. Однажды вечером ему вдруг позвонил Константин Симонов и попросил – очень настойчиво попросил, почти потребовал, – чтобы Каплер сейчас же, незамедлительно приехал к нему. А когда Каплер появился, без особых предисловий сказал, что, по вполне достоверным сведениям, его, Каплера, собираются арестовать. Вопрос уже решён, и его реализация – дело даже не дней, а часов. А посему Каплеру надлежит: домой не возвращаться, переночевать у Симонова, наутро же «сбежать» с попутной редакционной машиной («идёт завтра») на фронт, благо корреспондентское удостоверение при себе, и там – «раствориться». Пока забудут. Или вообще до лучших времён. Что Симонов имел в виду, говоря о «лучших временах», он не уточнил. Вместо этого спросил, есть ли у Каплера деньги: «Если нет, возьми».

Так и порешили. Но назавтра, при успокаивающем свете дня, ситуация показалась Каплеру не такой безнадёжной, вернее, не такой оперативноопасной, какой была воспринята вечером. И он решил внести в первоначальные планы некоторые коррективы: перед отъездом на фронт забежать в какую-то, не помню уже сейчас, в какую именно, киностудию – получить причитающиеся ему деньги. Как только, приехав на студию, Каплер увидел бегающие глаза студийного руководителя, подписавшего выдачу этих денег, он почувствовал, что, кажется, крупно ошибся. И даже не очень удивился, обнаружив перед выходом из здания уже ожидающий его чёрный автомобиль».

Каплер получил пять лет, сидел в Воркуте. После отсидки был запрет на посещение столиц – стандартные «минус десять», – но он приехал в Москву и был взят снова. На этот раз его отправили в Инту. «Было специальное распоряжение, запрещающее использовать Каплера на лёгких работах», – вспоминал его солагерник Павел Рачков, впоследствии владимирский писатель. Летом 1953 года Каплера этапировали на Лубянку и выпустили – одним из первых, ещё без реабилитации (полностью реабилитирован он был год спустя). Ему вернули взятую при аресте записную книжку, он стал звонить друзьям, те вешали трубку. Рад был его услышать только Симонов – у него Каплер и прожил первое время.

По отзывам решительно всех современников, Каплер был очаровательный человек, за большое личное обаяние приглашённый в 1966 году вести «Кинопанораму» и получивший подлинно всенародную известность. Программа шла в прямом эфире, Каплер в воспоминаниях писал, что чувствовал просто физически ответную волну тепла, стоило ему произнести с экрана «Добрый вечер». Он обаятельно размышлял перед телекамерой, иронизировал над своими и чужими оговорками, излучал доброжелательность – в общем, именно с ним программа сделалась хитом.

Каким он был сценаристом – сразу не скажешь: крепкий профессионал, но ничего экстраординарного. Он мог позволить себе лёгкое хулиганство – скажем, в «Двух судьбах», киноромане о русской революции, приписать революционным матросам песенку Глеба Горбовского «Когда качаются фонарики ночные»; но в общем его сценарии – честное выполнение работы в духе времени, с человеческим лицом, как «Ленин в Октябре», где Ленин умиляется детской распашонке. Каплер был мастером историко-революционного жанра, киноповесть его «Возвращение броненосца» уже посмертно сделала его знаменитым благодаря экранизации Геннадия Полоки – но тут, конечно, больше Полоки, чем Каплера. Те же «Две судьбы» смотришь с тягостной неловкостью, «Котовский» – тоже соцреализм с человечинкой, потому что очень уж колоритным персонажем был заглавный бандит; лучшая его военная картина, вышедшая, когда он уже сидел, в мае 1943 года, – «Она защищает Родину» Фридриха Эрмлера с Верой Марецкой (что самое интересное, Каплера из титров не вырезали. В 1946 году Эрмлер, Марецкая и оператор картины Владимир Рапопорт получили Сталинскую премию – Каплера, естественно, никто не вспомнил).

Пожалуй, выбиваются из основного его жанра две неожиданные работы – легкомысленный «Полосатый рейс» и экспериментальный «Человек-амфибия», для которого, кстати, Друнина написала песенные тексты. Это как раз пик их любви, 1961-й, они год как официально поженились; песни эти – первая киноработа Андрея Петрова, тоже эксперимент с электронной музыкой, чей колеблющийся и вибрирующий звук призван был передавать зыблющиеся отражения, студенистую дрожь водной толщи. «Лучше лежать на дне, в синей прохладной мгле, чем мучиться на суровой, суровой проклятой земле…», и, само собой, «Эй, моряк, ты слишком долго плавал, я тебя успела позабыть, мне теперь морской по нраву дьявол, его хочу любить!». По совести говоря, эти стихи – прикладная заказная работа – пережили почти всю её лирику, не военную уж точно.

Все упоминают его дружбу с Бабелем, который не удостаивал дружбой кого попало; все пишут о его доброте, щедрости, надёжности, вообще о человеческой его безупречности; это гении бывают невыносимы, а Каплер гением не был. Он был хороший советский человек, такой тип; он не ограничивался сценариями и «Кинопанорамой», писал публицистику, по тем временам довольно острую, и фельетоны. Один случай напомнил ему, вероятно, собственную его историю: по воспоминаниям Друниной, «читатели шестидесятых годов были взбудоражены фельетоном Каплера «Сапогом в душу», помещённым в «Литературной газете», вопреки угрозам печально известного Медунова, вставшего на защиту тогдашнего начальника сочинской милиции. Начальничек этот засадил свою дочь в сумасшедший дом только за то, что она полюбила простого шофёра. А самого парнишку – в тюрьму… После публикации этого необычного для тех времён фельетона на Каплера завели в милиции уголовное дело… Сам Хрущёв, которому поднаторевшие в клевете «медуновцы» донесли, что «Литгазета» якобы защищает какого-то «забулдыгу-сифилитика», топал ногами». Друнина, впрочем, подчёркивает, что Хрущёв Каплеру был скорее симпатичен – за ХХ съезд – и он ему за это многое прощал.

Авторизуйтесь, чтобы продолжить чтение. Это быстро и бесплатно.

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

10 крупнейших технологических ошибок в истории 10 крупнейших технологических ошибок в истории

Ошибаются все, но некоторые ошибки приводят к более серьёзным последствиям

Популярная механика
Выбираем самый лучший лаунчер для Android: подборка CHIP Выбираем самый лучший лаунчер для Android: подборка CHIP

В этой статье поговорим о лаунчерах - настраиваемых графических оболочках

CHIP
Ирина Понаровская. Возвращение Ирина Понаровская. Возвращение

Интервью с Ириной Понаровской

Караван историй
Если пришли «плохие» анализы... Если пришли «плохие» анализы...

Игнорировать «плохие» анализы не стоит

9 месяцев
Россия уступила только Китаю по числу эмигрировавших миллионеров Россия уступила только Китаю по числу эмигрировавших миллионеров

Число уехавших из России долларовых миллионеров за год выросло в два раза

Forbes
Бег как перформанс: команда PUMA покорила полумарафон в Лиссабоне Бег как перформанс: команда PUMA покорила полумарафон в Лиссабоне

Жизнь может стать перформансом, если ты разнообразишь ее спортом и развлечениями

Cosmopolitan
Статус засекречен Статус засекречен

Скарлетт Йоханссон снова можно поздравить с обретением статуса невесты

Grazia
Как Аркадий Дворкович возглавил ФИДЕ: расследование FT Как Аркадий Дворкович возглавил ФИДЕ: расследование FT

Россия пыталась продавить избрание Дворковича президентом ФИДЕ

Forbes
Мир окрысённый Мир окрысённый

Всюду, где живем мы, живут и крысы – благоденствуют в наших отходах

National Geographic
Ценность впечатлений Ценность впечатлений

Импрессионисты и модернисты как самый стабильный сектор арт-рынка

Robb Report
Фанаты «Динамо» закрасили «стену Цоя» в Москве своей надписью, но фанаты музыканта не оценили таких перемен Фанаты «Динамо» закрасили «стену Цоя» в Москве своей надписью, но фанаты музыканта не оценили таких перемен

Футбольный клуб «Динамо» обвиняют в вандализме и неадекватности

Maxim
Токио пешком Токио пешком

Прогулка по оживленному мегаполису, в очередной раз обретающему новую жизнь

National Geographic
Вычислить путь звезды: что программисты делают в астрофизике Вычислить путь звезды: что программисты делают в астрофизике

Астрофизику сегодня невозможно представить без компьютерного моделирования

Популярная механика
Любовь или уважение: что важнее? Любовь или уважение: что важнее?

Без уважения невозможен счастливый брак

Psychologies
10 самых перспективных молодых звезд новых медиа 10 самых перспективных молодых звезд новых медиа

Какие проекты развивают самые перспективные блогеры и журналисты

Forbes
Что такое кофе без кофеина: вред и польза (а также как его получают) Что такое кофе без кофеина: вред и польза (а также как его получают)

Кофе без кофеина: чего в нем больше — пользы или вреда?

Playboy
«Это шаг к пониманию того, как устроен мир» «Это шаг к пониманию того, как устроен мир»

Первая фотография черной дыры стала главной новостью прошлой недели

Огонёк
Финальный сезон «Игры престолов», серия 2: закрытие гештальтов и подготовка к битве за Винтерфелл Финальный сезон «Игры престолов», серия 2: закрытие гештальтов и подготовка к битве за Винтерфелл

Осторожно: в тексте очень много спойлеров

Esquire
Сколько в мире отелей? Сколько в мире отелей?

Европа лидирует в общемировом масштабе, но по уровню шика Китай громит всех

National Geographic
Кто заплатит Флойду Мейвезеру $500 млн за возвращение в бокс? Кто заплатит Флойду Мейвезеру $500 млн за возвращение в бокс?

Стриминговая платформа DAZN Леонарда Блаватника тратит огромные деньги на спорт

Forbes
Топ-17 мотивирующих фильмов: от «Форреста Гампа» до «Социальной сети» Топ-17 мотивирующих фильмов: от «Форреста Гампа» до «Социальной сети»

Ищешь мотивирующие фильмы? Вот они!

Playboy
Земноводные самолеты: потомки летающих клиперов Земноводные самолеты: потомки летающих клиперов

В наше время самолеты, взлетающие с водной поверхности, стали экзотикой

Популярная механика
Игры кончились Игры кончились

Кит Харингтон рассказал GQ, за что ненавидит сериал, сделавший его знаменитым

GQ
Редактируем фото профессионально: 3 хороших бесплатных программы Редактируем фото профессионально: 3 хороших бесплатных программы

Три хороших и бесплатных программы для качественной обработки изображений

CHIP
Чем больше эмоций, тем мы здоровее Чем больше эмоций, тем мы здоровее

Интенсивность выражения эмоций напрямую влияет на наше здоровье

Psychologies
Сколько можно извиняться Сколько можно извиняться

Вежливое обращение «Извините, пожалуйста…» некоторые используют для оправдания

Лиза
Идеальные мамочки Идеальные мамочки

Смотришь на фото счастливых женщин с крохами, и кажется, что их жизнь прекрасна

Лиза
Перемены без перемен? Перемены без перемен?

Что значит для японцев смена императора

Огонёк
Открой декольте Открой декольте

С возрастом над красивым декольте придется поработать. Однако методы есть

Домашний Очаг
Колготки в сеточку и мини на грани разумного: эволюция стиля Ирины Салтыковой Колготки в сеточку и мини на грани разумного: эволюция стиля Ирины Салтыковой

Как наша Дейнерис из 90-х перевернула представление о сексуальности

Cosmopolitan
Открыть в приложении