Бег с препятствиями

Одни из самых радикальных диссидентов в русской истории не имели родного угла

StoryИстория

Бег с препятствиями

Одни из самых радикальных диссидентов в русской истории не имели родного угла, переходя с места на место. Но, блуждая по многим дорогам, они в итоге вышли на любимую тропу всех бескомпромиссных борцов

Илья Носырев

 
Нищие в Киеве. Фотография 1870–х годов

Мы редко задумываемся, что потребности наших предков – русских крестьян – были теми же, что и у нас. А вот возможности их восполнять – совсем не такими: там, где перед нами прямая дорога, перед ними были тернии.

Взять, например, туризм. Проработав полгода в душном офисе, мы берём билет на свободу и летим в далёкие жаркие страны – жарить тела под ярким солнцем, слушать плеск волн, смотреть тадж-махалы и боробудуры. А вот как ту же потребность реализовывала русская крестьянка XIX века. Когда у неё возникал действительно серьёзный повод отдохнуть – например, умирал любимый младший ребёнок, – она бросалась в ноги мужу: отпусти на богомолье в Киев. Тот вздыхал и прикидывал в голове – кому сидеть с оставшимся выводком, пока он будет в поле со старшими. В итоге отпускал – и вот женщина, радуясь освобождению от ежедневных забот, с наступлением первого тепла примыкала к отряду таких же идущих в неизвестные земли соседок.

Шли они от родной Твери или Вологды, останавливаясь в попутных деревнях и городках, кормясь подаянием, отдыхая в монастырях, шли в зной и ливень, открывая для себя географию родной страны; видели богатые московские рынки, видели весёлых воронежцев и хлебосольных белгородцев. И вот в разгар лета оказывались в Киеве – бродили по зелёным улицам, разевали рты перед златыми куполами. Проведя в удивительном южном городе несколько недель и поставив свечку за упокой маленького Ванюши в какой-нибудь Вознесенской церкви, собирались обратно – и уже глухой осенью возвращались наконец домой.

По российским дорогам ежедневно шли толпы таких обездоленных – ищущая утешения мать встречала коробейников-офеней, нищих, цыган, бредущих под конвоем каторжников и много других странных людей. В этих толпах, движущихся по венам и артериям империи, было несложно затеряться. Удивительно, эти дороги стали пристанищем целой секты – своего рода распределённой сети подвижников, имевших название бегунов, или странников. Обетом, который брали на себя члены этой секты, было постоянное странствие – не иметь ни дома, ни угла, ни родного города, постоянно переходить с места на место. Остро ощущавшие несправедливость уклада в государстве, эти религиозные фанатики старались не связывать себя с жизнью государства. Последний великий толк старообрядчества, давший миру одних из самых радикальных диссидентов русской истории, сформулировал свои убеждения во фразе, которую можно было бы высечь на камне у развилки трёх дорог: «При Антихристе и во вся времена гонительные, святые отцы два токмо пути исповедают ко спасению: сильные да борются, немощные да укрываются, а третьи – поклонники антихристовы!» Большая часть бегунов выбрала второй путь. Парадокс: путь слабых потребовал огромной силы.

Семья старообрядцев на уборке урожая. Благовещенск. 1860 год
 

Бегущие без лезвия бритвы

При Екатерине Великой некий уроженец Переславля – то ли отданный в рекруты церковный певчий, то ли научившийся грамоте в солдатах крепостной крестьянин – сбежал с государевой службы. Подобно многим из первых христиан, отказывавшихся служить в римской армии, он предпочёл стать дезертиром, нежели кого-то убивать. Эта мысль была противна его душе. Повидав немало зла и несправедливости, он искал пути к спасению. Укрываясь от полиции под видом нищего странника, он дошёл до самой Москвы, где устроился к местным раскольникам-филипповцам переписывать книги. Он слушал их проповеди, в которых находил немало справедливого: мир-де ещё при царе Алексее Михайловиче захватил Антихрист, принявший сперва его облик, а после его смерти вселявшийся в каждого нового русского царя. По российским дорогам ходило столько всякого странного люда, что полиция беглеца схватила далеко не сразу, а когда всё-таки схватила и вновь определила в солдаты, он снова сбежал и вернулся к своим московским знакомым. Те, из опасений навлечь на себя гнев властей, отправили его на Север – к поморским старообрядцам. Чем, видимо, настроили отщепенца против себя.

Филипповцев другие «древлеправославные» считали радикалами: на короткое время им удалось разжечь заново огонь ослабевшей «древлей» веры – они принялись вновь устраивать хорошо подзабытые с середины XVIII века самосожжения. Однако те филипповцы, к которым пришёл потерянный странник, его разочаровали – они жили как самые обычные люди: торгуя, платили подати царю, которого истинному старообрядцу полагалось считать проклятым антихристом; получали у городских властей, с которыми верный и говорить бы не должен, вид на жительство. Что в них было подлинного, кроме разве что нежелания брить бороды? В котором, кстати, уже давно не было никакого героизма – уж никто не возбранял обычным купцам ходить с бородой.

Разозлённый беглец, сбытый недавними товарищами по вере с рук, сам покрестил себя в новый, изобретённый самим толк, приняв новое имя – Евфимий. Какой же путь спасительный избрать? – рассуждал Евфимий, гадая, какую жизнь ему вести дальше. «Пространный ли, еже о доме, о жене, о чадах, о торгах и стяжаниях попечение имети – или же тесный, нуждный и прискорбный, еже не имети града, ни села, ни дому?» И конечно же, выбрал второй.

Приходившим к нему ученикам Евфимий проповедовал: чтобы «отвратиться от Вавилона, надо удалитися и бегати». Это означало прервать всякую связь с властью, а значит, и с обществом – не только не платить податей, избегать военной службы, не иметь ни паспорта, ни какого-либо документа от полиции, но и не жить обычной жизнью – не работать у «замирщенных», не торговать с ними, не иметь ни семьи, ни имущества, ни даже постоянного жилища: переходить с места на место всю жизнь. Из всего, что признавало общество, Евфимий не запретил разве что деньги. Во-первых, давно уже жил подаянием и понимал, что без копеечки не протянуть. Во-вторых, хоть на деньгах и изображён двуглавый орёл, который, как писал некий старообрядец времён Петра Великого, «есть тоже диавольский, ибо человек, зверь и птица имеют по одной голове, а две головы – у одного диавола», деньги всё же переходят из рук в руки и, таким образом, не связывают своего владельца, который может избавиться от них по своему произволению.

Бегуны напомнили остальным старообрядческим толкам, что компромисс с царством победившего Антихриста невозможен. Евфимий укорял тех раскольников, которые пожимали плечами: а где ж Антихрист? что наши государи делают подлинно злодейского, такого, чтобы всякий увидел в их руках силу диавольскую? «Глаголеши, яко чудес антихристовых не видиши и не слышиши, яко же подобает ему горе носитися, горы преставляти, по морю ходити, от глаза его землия трястися, солнце и луну обращати», – ехидничал Евфимий над ждущим апокалиптических знамений старообрядцем. И оглушал его известием: Антихрист незрим и в конкретного человека воплощаться не будет. Взамен он уже сотворил в душах человеческих такой переворот, что даже заметавшиеся по небосклону солнце и луна показались бы в сравнении с ним цветочками.

Скрываясь в пошехонских лесах, Евфимий набрал себе учеников. Секта была мобильной. Сама суть учения состояла в постоянном перемещении, и очень скоро оно распространилось не только по Ярославской губернии, но и по нескольким другим – Костромской, Олонецкой и Владимирской. «В то время ходили слухи о секте «бегунов», которая переходила из деревни в деревню, взыскуя вышнего града и скрываясь от преследования властей в овинах и подпольях крестьянских домов. Помещики называли эту секту «пакостною», потому что одним из её догматов было непризнание господской власти», – писал в «Пошехонской старине» Салтыков-Щедрин о первых десятилетиях николаевского правления, когда бегуны стали досаждать полиции. Вели себя задержанные дерзко – в ответ на вопрос, откуда они родом, отвечали, как было заповедано верой: «Града нынешнего не имею, но града грядущего взыскую». Описывая на розыске свои маршруты, запутывали полицию, перечисляя наряду с реальными городами вымышленные – хоть Китеж, хоть Беловодье.

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Архиновости Архиновости

Многие из новостей столетней давности звучат сегодня подозрительно актуально

Story, август'19
Леонид Соловьёв Леонид Соловьёв

Судьба советского писателя Леонида Соловьёва

Дилетант, сентябрь'19
О принципах О принципах

Мысли и цитаты великих людей

Forbes, сентябрь'19
История с продолжением История с продолжением

Сара Бертон поговорила с Vogue о прошлом и будущем

Vogue, сентябрь'19
Как домашние животные заменяют детей, друзей и партнеров Как домашние животные заменяют детей, друзей и партнеров

Действительно ли в XXI веке положение животных в обществе изменилось

РБК, август'19
Личное дело Личное дело

Читательницы делятся историями о том, как искали и нашли эффективные процедуры

Vogue, сентябрь'19
Пришел Кутузов бить французов: 7 мифов о легендарном генерал-фельдмаршале Пришел Кутузов бить французов: 7 мифов о легендарном генерал-фельдмаршале

Масон, заговорщик, бездарный полководец, «выезжавший» за счет чужих достижений?

Вокруг света, сентябрь'19
6 психических расстройств, о которых нужно знать 6 психических расстройств, о которых нужно знать

В последние годы мы все чаще слышим о психических расстройствах

Домашний Очаг, сентябрь'19
Природная красота Природная красота

Если отправиться на полуостров Самана, Доминикана откроется с неожиданных сторон

OK!, август'19
Не такая, жду трамвая Не такая, жду трамвая

Психолог объясняет, почему классные девчонки иногда страдают от одиночества

Cosmopolitan, сентябрь'19
Меньше – лучше? Меньше – лучше?

Оказывается, принц Гарри не на шутку обеспокоен проблемами экологии

Grazia, август'19
Пожар по приказу Пожар по приказу

Борьба с пожарами велась только на 3,3% площади охваченных огнем лесов

Эксперт, август'19
Ну, заяц, прототип! Ну, заяц, прототип!

Не только у литературных и киношных героев были прообразы в реальной жизни

Maxim, сентябрь'19
Как уберечь лицо и тело в драке: 7 советов от профессиональных бойцов Как уберечь лицо и тело в драке: 7 советов от профессиональных бойцов

Можно ли регулярно драться и при этом в буквальном смысле слова сохранить лицо

Men’s Health, август'19
Не пытайся это повторить Не пытайся это повторить

Безобидные, казалось бы, вещи, которые угрожают отношениям

Лиза, август'19
Арт-подход Арт-подход

Как не только погрузиться в искусство, но и успеть отдохнуть в Венеции

Grazia, август'19
Школа, привет! Школа, привет!

Несколько отличных советов родителям от учителей и директоров школ

Домашний Очаг, сентябрь'19
Представитель поколения Z — о себе и сверстниках Представитель поколения Z — о себе и сверстниках

Изучение поколения Z: его интересов, взглядов и планов на жизнь

РБК, август'19
Дайвер в пасти кита: видео Дайвер в пасти кита: видео

Дайвер хотел сфотографировать акул, но угодил в челюсти кита!

National Geographic, август'19
Пожарная тревога Пожарная тревога

Почти 3 миллиона гектаров леса охвачены огнем в Сибири и на Дальнем Востоке

StarHit, август'19
Биологические часы Биологические часы

Как заглянуть в прошлое и точно датировать давно минувшие события

Вокруг света, сентябрь'19
Здоровые привычки Здоровые привычки

Оздоровить свои пищевые привычки никогда не поздно

Yoga Journal, сентябрь'19
Понять друг друга Понять друг друга

Идет время, все вокруг меняется, меняемся мы сами. Как сохранить понимание?

Домашний Очаг, сентябрь'19
Валентина Шевченко: «Люди уже не мыслят такими же стереотипами о женщинах в единоборствах, как 20 лет назад» Валентина Шевченко: «Люди уже не мыслят такими же стереотипами о женщинах в единоборствах, как 20 лет назад»

Чемпионка UFC в наилегчайшем весе рассказала GQ о том, как она выбирает соперниц

GQ, август'19
20 обещанных сиквелов, которые так и не будут сняты 20 обещанных сиквелов, которые так и не будут сняты

Все перечисленные фильмы постигло бесчестье

Maxim, август'19
Николя Деженн: Николя Деженн:

Арт-директор Givenchy по макияжу Николя Деженн

Караван историй, сентябрь'19
MAXIM рецензирует «Однажды в… Голливуде» Квентина Тарантино. Без спойлеров MAXIM рецензирует «Однажды в… Голливуде» Квентина Тарантино. Без спойлеров

Непонятно в принципе, зачем писать рецензии на фильмы Тарантино

Maxim, август'19
Танец гаденьких утят Танец гаденьких утят

Причины и опасности дисморфофобии у детей

Домашний Очаг, сентябрь'19
Кто такие Трескодёры? Рыболовная экспедиция в Териберку Кто такие Трескодёры? Рыболовная экспедиция в Териберку

Посёлок в Мурманской области превратился в одно из самых посещаемых мест Севера

4x4 Club, сентябрь'19
Первым делом – самолеты: столетнее фото из архива National Geographic Первым делом – самолеты: столетнее фото из архива National Geographic

Фотография дозорного аэростата

National Geographic, август'19