История снизу

В России обнаружили оппозицию официальной «исторической памяти». Как и у всякой оппозиции, ее будущее в стране противоречиво.

Огонёк

Россия и мир | Тенденция

История снизу

В России обнаружили оппозицию официальной «исторической памяти». Как и у всякой оппозиции, ее будущее в стране противоречиво.

Ольга Филина

Человеку, желающему быть в центре интеллектуальных дискуссий в наступившем году, можно дать простой рецепт — говори побольше о памяти. Так уж повелось, что в гуманитарных сообществах есть своя мода: один год мейнстримом становится обсуждение городской урбанистики и развития территорий, другой год — перформансов и протестного искусства, ну а сейчас в «топе» память. С одной стороны, юбилей революции обязывает, с другой стороны, сказывается естественный ход вещей: то, что лет 15 назад активно изучалось на Западе, года два назад уже обсуждалось в российских исследовательско-академических кругах, по прошествии времени, наконец, зазвучало в отечественной публицистике, стало интересно широкому кругу наших интеллектуалов.

Идея проста: в случаях, которые раньше делали уместным разговор об «истории», теперь нужно рассуждать о «памяти», делая акцент, соответственно, не на событиях прошлого, а на его носителях — людях, которые этим прошлым живут, его хранят, о нем думают, то есть его вспоминают. Самое интересное — это, конечно, как вспоминают, зачем и в связи с чем. Задаваясь этими вопросами, мы без труда переходим из области науки в область практической политики, что отвечает современной российской привычке.

Неудивительно поэтому, что Комитет гражданских инициатив (КГИ), возглавляемый политиком-экономистом, помог Вольному историческому обществу (ВИО, об этой организации «Огонек» писал в № 9 и 17 за 2014 год) подготовить исследование «Какое прошлое нужно будущему России», заостренное на анализе исторической памяти в нашей стране.

— Мы сегодня наблюдаем в публицистике, в СМИ момент замещения языком истории отсутствующего языка политики, — пояснил один из соавторов исследования Александр Рубцов, член совета ВИО, руководитель Сектора философских исследований идеологических процессов Института философии РАН. — Вся история постепенно превращается в гигантскую метафору, и, споря о ней, мы собственно спорим о будущем. На уровне иносказания оказывается, что дискуссии о прошлом — это битвы за настоящее и будущее.

А потому ставки высоки, и именно в тот день, когда заседал официальный оргкомитет по подготовке и проведению юбилейного года революции (решивший, помимо прочего, открыть в Крыму памятник «Примирение»), ВИО представило свое видение проблемы.

— В ХХ веке произошла еще одна революция, о которой нам нужно сейчас говорить, — это революция памяти, — сообщил социолог Григорий Юдин, член ВИО, руководитель программы Московской высшей школы социальных и экономических наук. — Государство перестало обладать монополией на историю, появились независимые «акторы памяти», которые при помощи интернета, сетевых сообществ, ощущая поддержку снизу, конструируют свои «истории» страны. И люди теперь могут выбирать между двумя видами памяти: государственной, где доминирует смешение исторической науки и мифологии, и контрпамятью, вызывающей из небытия частные истории — семьи, города, края.

Родная история теперь не вызывает ни гордости, ни чувства стыда. Фото Юрий Мартьянов

Таким образом, в нашей погрязшей в истории стране обнаружилась и своя оппозиция, конечно, тоже историческая. Ее ценности, видение прошлого и будущего на основе более чем 40 глубинных интервью в 8 городах России (центральных, региональных, малых) как раз и исследовались сотрудниками ВИО. Последние подчеркнули, что — хоть КГИ и готов был это оплатить — устраивать общероссийский опрос об исторической памяти соотечественников не имело смысла: россияне давно научились правильно отвечать на такие вопросы, транслируя официальную позицию властей. А вот трехчасовой глубинный разговор с «актором памяти» — музейщиком или краеведом, учителем истории, историческим активистом, профессиональным историком и журналистом, пишущим на соответствующую тему,— обещал большую новизну.

И правда, результаты исследования ВИО благодаря такой методике зазвучали свежо. Во-первых, выяснилось, что настоящий федерализм в России существует — и он, конечно, тоже исторический. Официальная государственная память вполне воспринимается как значимая и своя только московскими «акторами», но уже в региональных столицах окрашивается местным колоритом (национальные республики вспоминают свое, сибиряки — свое). Малые населенные пункты страны вообще живут особыми «историями» — о том, как кто-то известный здесь проезжал, кто-то гостил, в таком-то веке случился пожар, а потом появился новый промысел.

— Как такая память соединяется с официальной государственной? — задается вопросом Григорий Юдин.— Да никак. Они существуют параллельно, только по возможности не конфликтуя. Одно из значимых открытий нашего исследования — это то, что в стране существует очень много нерассказанных историй, которые кому-то важны и ценны. Желание их рассказать, найти им место в современной повестке отчасти подкрепляет запрос на «контрпамять».

И с этим, кстати, связан второй занимательный тезис исследователей: опрошенные «акторы памяти» признаются, что в последние годы интерес к их трудам возрос, сформировалась якобы низовая потребность в «рассказчиках историй». Притом что многие из опрошенных «контристориков» были разбужены еще перестройкой, ждать своего звездного часа (чтобы осуществить мечту — завести популярный сайт, издать журнал, организовать краеведческий музей) пришлось долго — только к 2014–2015 годам общество созрело до их предложений. Теперь открылась новая проблема: некоторые темы и хотелось бы осветить (включая трагические периоды в жизни страны), да не очень понятно, как — не сформировались подходы… Потому «контрпамять» и окрестили «медленной», она долго пробивает себе дорогу, с трудом обрастает инфраструктурой, но зато весьма устойчива и может в определенные периоды потеснить официальную.

— Этому бы можно было радоваться, и нам кажется, что хорошо, что «истории» у всех разные,— заметил Андрей Колесников, руководитель программы Московского центра Карнеги. — Но мы иногда недооцениваем, насколько разными они могут быть. Скажем, война памятников, которая ведется в современной России, поддерживается снизу теми, кто устанавливает бюсты Сталину. Никакой Кремль таких указаний не дает — просто возникает стихийная активность, потому что сломан консенсус по поводу очень важных для общества вещей. Скажем, тот же консенсус по поводу репрессий, который появился на заре перестройки: теперь они многим кажутся «политически оправданными».

В этой связи ожидать появления абсолютно здоровой, гражданственной «контрпамяти» в стране, больной собственной историей, — тоже странно. Как показал опрос Центра социально-политического мониторинга РАНХиГС, даже шаткий консенсус по поводу нашего прошлого, действительно, утрачивается. Скажем, почти в два раза с 2001 по 2015 год снизилось число тех, кто испытывает стыд за сталинские репрессии (теперь таких только 8,3 процента), почти в 7 раз — кто с болью вспоминает чеченские и афганские военные кампании (таких 2,7 процента). И, что еще удивительнее, гордиться общей историей мы стали меньше: в 2001 году, например, 37,8 процента россиян с удовольствием вспоминали наши общие успехи в освоении космоса, к 2015 году такие воспоминания остались только у 17,6 процента опрошенных, а национальная гордость наукой и НТР снизилась с 15,7 до 9,4 процента соответственно. «Общее» теперь не вызывает ни гордости, ни чувства стыда, то есть становится попросту неактуальным.

Не остается и общих источников исторических знаний, которые бы пользовались популярностью и уважением. Согласно тому же опросу РАНХиГС, в 2001 году с помощью учебной литературы постигали прошлое более 70 процентов россиян, в 2015 году — только 47 процентов. У специальной исторической литературы — падение с 23,6 до 18,5 процента, у центральных музеев — с 31,2 до 21,8. Исторические кинофильмы и телепередачи не теряют в популярности, но и не приобретают, интересуя стабильно около 60 процентов россиян. Так что остается актуальным вопрос: достаточно ли одного телевизора, чтобы эффективно поддерживать «общую память»? Возможно, и недостаточно, а потому — решаясь на поворот к исторической теме — государство не вполне рассчитало свой арсенал.

«Контрпамять» становится вызовом официальной. Она может дать начало интересу к гражданской истории, которой так и не случилось в нашей стране, сконцентрированной на воспоминаниях о военных успехах

«Контрпамять» становится вызовом официальной, но и ее будущее противоречиво. Она может превратиться в те самые «истории», которые слушал недоросль Фонвизина, тоже считавший (а сейчас сказали бы, что справедливо!) скучной большую, единую историю. А может дать начало интересу к гражданской истории, которой так и не случилось в нашей стране, сконцентрированной на воспоминаниях о военных успехах и великих полководцах. И, если «гражданское» когда-нибудь станет у нас общим, это само по себе окажется важнейшим фактом российской истории.

Опрос

Помни свое

Общих воспоминаний и общих источников памяти у россиян все меньше

Основные источники приобретения знаний об истории России (в % к числу ответивших, возможно больше одного ответа)

События прошлого или настоящего России, вызывающие стыд (открытый вопрос, возможно более одного ответа)

Источник: Центр социально-политического мониторинга РАНХиГС, 2016 год

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Модные вечерние платья 2020 фото: 29 трендовых вариантов на любой праздник (фото) Модные вечерние платья 2020 фото: 29 трендовых вариантов на любой праздник (фото)

Рассказываем, какие наряды будут актуальны в следующем году

Лиза, сентябрь'19

55-летний Брэд Питт принял участие в яркой фотосессии

Cosmopolitan, сентябрь'19
Глухой программист из Новосибирска научил компьютер понимать язык жестов Глухой программист из Новосибирска научил компьютер понимать язык жестов

Изобретение Алексея Приходько может принести пользу людям, лишенным слуха

National Geographic, сентябрь'19
Уотергейтский скандал: 5 мифов об отставке президента Никсона Уотергейтский скандал: 5 мифов об отставке президента Никсона

В 1972 году в штабе кандидата в президенты США были задержаны пятеро взломщиков

Esquire, сентябрь'19
Зачем читать роман Донны Тартт «Щегол» Зачем читать роман Донны Тартт «Щегол»

12 сентября в прокат вышел "Щегол" — экранизация известного романа Донны Тартт

Esquire, сентябрь'19
Деньги на ветер: роскошные свадьбы звезд, которые в итоге развелись Деньги на ветер: роскошные свадьбы звезд, которые в итоге развелись

Вспоминаем звездные пары, которые потратили на торжество целое состояние

Лиза, сентябрь'19
Простите, извините: почему мы все оказались виноваты в 2019 году Простите, извините: почему мы все оказались виноваты в 2019 году

Кажется, новостная повестка каждого дня формируется из обиженных и обидевших

Forbes, сентябрь'19
Звезды выступили в поддержку осужденного на 3,5 года актера Павла Устинова Звезды выступили в поддержку осужденного на 3,5 года актера Павла Устинова

Российские артисты объединились с требованием освободить своего коллегу

Cosmopolitan, сентябрь'19
«Книга лучше»: почему Донна Тартт прокляла экранизацию «Щегла» — и правильно сделала «Книга лучше»: почему Донна Тартт прокляла экранизацию «Щегла» — и правильно сделала

Почему и зрители, и читатели приняли экранизацию «Щегла» весьма прохладно

Forbes, сентябрь'19
Столичные выборы 29 лет спустя. Как выглядят выборы в Мосгордуму для тех, кто избирался в перестроечный Моссовет Столичные выборы 29 лет спустя. Как выглядят выборы в Мосгордуму для тех, кто избирался в перестроечный Моссовет

Борис Кагарлицкий сравнивает ведение кампании в 1990 и 2019 году

СНОБ, сентябрь'19
Алеся Кафельникова в Алеся Кафельникова в

20-летняя дочь теннисиста Евгения Кафельникова покоряет мировые подиумы

Cosmopolitan, сентябрь'19
5 способов, как сделать кудри утюжком (результат лучше, чем в салоне) 5 способов, как сделать кудри утюжком (результат лучше, чем в салоне)

Делимся практическими советами и идеями самых интересных вариантов укладок

Лиза, сентябрь'19
Россия опередила Францию и Австралию в списке лучших стран для экотуризма Россия опередила Францию и Австралию в списке лучших стран для экотуризма

Лучшей страной для путешествий по дикой природе в 2019 году признана Финляндия

National Geographic, сентябрь'19
«Это Апокалипсис»: чудовищные последствия урагана «Дориан» на Багамах «Это Апокалипсис»: чудовищные последствия урагана «Дориан» на Багамах

Некогда райское место превратилось в руины

National Geographic, сентябрь'19
«Он мало спит и постоянно работает»: как Покрас Лампас зарабатывает миллионы на каллиграфии «Он мало спит и постоянно работает»: как Покрас Лампас зарабатывает миллионы на каллиграфии

Как Покрас Лампас стал одной из самых заметных фигур современного искусства

Forbes, сентябрь'19
Продюсер года: Александр Роднянский Продюсер года: Александр Роднянский

Александр Роднянский теперь он все чаще продюсирует начинающих режиссеров

GQ, сентябрь'19
Любимая жизнь капитана Гавриловой Любимая жизнь капитана Гавриловой

Единственная на Волге женщина-капитан

Огонёк, сентябрь'19
Крабовые аукционы уже кусаются Крабовые аукционы уже кусаются

Высокая стоимость крабовых аукционов поставит под угрозу ряд инвестпроектов

Эксперт, сентябрь'19
Между нами химия Между нами химия

Как новейшие достижения химической промышленности меняют beauty-индустрию

Elle, сентябрь'19
Как сэкономить до 70% во время шопинга Как сэкономить до 70% во время шопинга

Чтобы шопинг принес вам удовольствие, к нему стоит подготовиться

Домашний Очаг, сентябрь'19
Жить одним днем Жить одним днем

Стас был откровенен, остроумен и честен

Playboy, сентябрь'19
Екатерина Шульман: да, нет, знаю Екатерина Шульман: да, нет, знаю

Политолог Екатерина Шульман отвечает на блиц-опрос

Glamour, сентябрь'19
Запах женщины: как мы находим друг друга с помощью обоняния Запах женщины: как мы находим друг друга с помощью обоняния

Как мы выбираем партнера, опираясь на собственный нюх?

Naked Science, июнь'19
Слово и дело Слово и дело

Основатель школы стилистов Self Made Studio Оля Слово

Собака.ru, сентябрь'19
Босния и Герцеговина была ошибкой Босния и Герцеговина была ошибкой

Каким лидер боснийских сербов видит будущее федерации

Русский репортер, сентябрь'19
«В удачу я не верю» «В удачу я не верю»

Александра Устюгова в октябре будет можно увидеть на сцене «Вегас Сити Холла»

Добрые советы, сентябрь'19
Странная наука Странная наука

Молекулярная кухня как глобальное кулинарное направление вышла из моды

Robb Report, сентябрь'19
Сжиженная рокировка Сжиженная рокировка

Эксперты предсказывают России третье место по экспорту СПГ к 2028 году

РБК, сентябрь'19
Сонька-пересмешница Сонька-пересмешница

Знакомьтесь: Софья Володчинская, новая звезда телеканала «Россия 1»

Tatler, сентябрь'19
Либо выйдет, либо нет: 6 советов начинающим предпринимателям Либо выйдет, либо нет: 6 советов начинающим предпринимателям

Советы, которые дали начинающим предпринимателям герои реалити-шоу

Forbes, сентябрь'19