«Самое главное – не подвести»

Сергей Пускепалис говорит, что попал в кино с черного хода

GALA БиографияРепортаж

«Самое главное – не подвести»

Сергей Пускепалис говорит, что попал в кино с черного хода. Мол, так карта легла. Однако в том редком обстоятельстве, что на съемочную площадку кинокартины Алексея Попогребского «Простые вещи» его привел самый дорогой человек на свете, сын Глеб Сергеевич, все-таки больше реальной закономерности, чем эфемерного провидения.

Беседовал Олег Дуленин

Кадр из фильма «Как я провел этим летом». Пускепалис в роли начальника полярной метеостанции. Фильм снимали на Чукотке, где прошло детство Сергея. 2010 год.

На последнем актерско-режиссерском курсе Петра Наумовича Фоменко в ГИТИСЕ–РАТИ Сергей был самый мужественный. И добрый. И надежный. С каким-то пацанским до всего любопытным взглядом и обаятельной жизнеутверждающей улыбкой. И вполне справедливо думалось: ну кому же сниматься в кино, как не ему?! С такой внятной мужской харизмой. Тем не менее прошло немало лет, прежде чем российские зрители увидели Пускепалиса в кино, довольно легко запомнили его фамилию (и не важно, что неправильно – с привычным для русских ударением на «А», а не на «У», как должно произносить литовские фамилии) и, конечно же, полюбили. А иначе с такими у нас не поступают. На сегодняшний день у Сергея уже более двадцати ролей в кино. И один режиссерский полнометражный дебют. Между тем актером он себя до сих пор не считает. Говорит, что был и остается лазутчиком. Любит сравнивать работу киноактера с бегом на короткую дистанцию. Мол, она, работа эта, почти ничем не отличается от режиссерских показов. Тем более если целиком и полностью доверяешься кинорежиссеру. А у тех, кому он не доверяет, он просто не снимается. Другое дело театральный актер. «На него наставлен сумрак ночи / Тысячью биноклей на оси...» Пускепалис как действующий театральный режиссер, в свои пятьдесят два года поставивший уже около тридцати спектаклей, очень хорошо это понимает и грозится больше никогда не выйти на сцену в качестве актера. Хотя бы потому, что однажды целых десять лет выходил на сцену Саратовского театра юного зрителя и дослужился там аж до заслуженного артиста России. Впрочем, это пафосное звание для него ни тогда, ни сейчас, разумеется, ничего не значило и не значит. Хотя бы потому, что он учился у самого Петра Наумовича Фоменко, который ко всем званиям и наградам всегда относился в высшей степени скептично и иронично.

С отцом Витаутасом (с ударением на первом слоге) и мамой Анастасией Демьяновной. Отец – литовец, работал геологом, а мама – болгарка из Приднестровья – маляром-штукатуром. Они познакомились на комсомольской стройке. 1970 год.

– Сережа, это правда, что ты рассказал Петру Наумовичу о саратовском актерском прошлом и о звании только на выпускном?

– Еще позже даже. Долго не решался этого говорить, потому что считал, что буду поднят на смех. Все заслуги, которые были в этой бренной жизни, Фоменко воспринимались достаточно критично. Это было то ли кокетство какое-то, то ли страх перед тем, чтобы не уподобиться тому званию, которое у тебя есть. Заслуженный артист России. Это что такое? Что надо в этой связи делать? (Смеется.) Спасибо коллегам, которые отметили мой вклад в это дело. Замечательно. И забыли об этом. И пошли дальше. Без этого клейма. Это своего рода стиль жизни, который привил Петр Наумович.

На сцене Саратовского ТЮЗа в спектакле «Женитьба Белугина». Сергей Пускепалис в роли Белугина и Андрей Быков в роли Сыромятова. 1990-е годы.

– Ты ощущаешь сейчас его поддержку?

– Так пафосно не хотелось бы говорить. Я же не Гамлет, а он не отец, которому в ухо яд влили. Но безусловно то, что Фоменко узаконил мои смутные ощущения и от жизни, и от профессии. Только он мог это сделать. В такой сложной профессии, как режиссура, надо не навредить и не подмять под свой жизненный взгляд. И в то же время выпустить человека, который может организовать людей под какую-то идею. Петр Наумович сыграл основополагающую роль. В режиссуре. Актерской профессии меня учили Юрий Петрович Киселев и Юрий Петрович Ошеров в Саратове. Это очень серьезная, солидная и крепкая школа.

– Ты задумываешься над тем, что бы сказал Фоменко в том или другом жизненном или профессиональном случае?

– Честно скажу: нет. Это растворено в моей жизни. Как отца подвести? Живешь каждый день, монотонно, и вовсе не думаешь о том, а что папа сказал бы в том или другом случае. Моего отца не стало в 1996 году, и я с тех пор внутренне живу так, чтобы его не подвести. Он меня кормил, воспитывал, растил, и я не могу выкинуть такие коленца, чтобы не оправдать его вложение в меня. То же самое с Петром Наумовичем.

Сергей c отцом и сыном Глебом. «Отец был человеком очень непростой судьбы», – говорит Сергей. Саратов. 1994 год.

– Есть ли у тебя желание вступить с Петром Наумовичем в некий творческий диалог, например, поставить те произведения, которые он не успел, скажем, «Запечатленный ангел» Лескова?

– Мы с Николаем Дручеком как-то сидели с Петром Наумовичем, выпивали и размышляли по поводу авторов, к которым лежит психофизика каждого из нас. Фоменко посоветовал Коле заниматься Достоевским, а мне сказал: «Серега, твои авторы – Шергин и Лесков, ты близок к ним...» Честно скажу: пока не думал о них. Недавно я сделал спектакль «Где зарыта собака» в Театре комедии имени Акимова, в котором служил Петр Наумович. По пьесе своего любимого Алексея Ивановича Слаповского. Кстати говоря, к нему меня привел именно Фоменко. Когда в институте началась работа с современной драматургией, я обратил свое внимание на Алексея Ивановича и не прогадал. Я поставил спектакль «Пьеса № 27», который, между прочим, потом игрался на десятилетии «Мастерской Фоменко». Артисты играли этот спектакль во всех позах, и всегда получалось так хорошо, что я его не любил. За его успех. А после первого показа этого спектакля меня чуть не выгнали. Сказали, что это ужасно отвратительно. И переделка возникла благодаря огромной позитивной энергии Петра Наумовича...

– И, конечно, неколебимой вере его...

– Да. В этом смысле мы никуда не денемся. Кто бы что ни говорил, мы так или иначе постоянно находимся в творческом диалоге. Как с отцом. Я воспринимаю Фоменко, как отца. На которого равняешься. Повторяю, самое главное – не подвести.

С мастером Юрием Петровичем Киселевым. Саратовский ТЮЗ. 1995 год.

– Скажи, а Петр Наумович хоть раз намекал тебе на преемственность?

– Никогда. С его жизнелюбием такие разговоры равнялись бы тому, что он когда-то уйдет. А он считал, что никогда не уйдет, что будет жить вечно. И это его прекрасное ощущение дорогого стоит. Уверен, что он никогда не задумывался на тему: «А что будет после меня?..» А фиг с ним, что будет после меня! (Смеется.)

– Делал тебе Каменькович какие-то постановочные предложения?

– Нет. У нас с Евгением Борисовичем замечательные отношения. Я всех по-прежнему люблю. К каждому у меня свое личное позитивное отношение. Если «Битлз» возникнет, не вопрос. Будем работать. Но пока «Битлз» не возник. Все заняты. Так что продолжается экспансия «Мастерской Фоменко». В разные стороны.

– Какое у тебя самое яркое, пронзительное воспоминание о Петре Наумовиче?

– Это было после гастролей «Мастерской» в Питере. Мы втроем – все с тем же Николаем Дручеком – пошли по Кутузовскому к памятнику Багратиону. Сели на лавочке, откупорили, развернули какие-то сырки... С одной стороны, сидели три режиссера, абсолютно разные и очень близкие, а с другой – три пацана. Заигрывали с девчонками, которые проходили мимо, отпускали какие-то шуточки. Петр Наумович показывал нам вырезки из питерских газет и, как подросток, хвастался успехом театра. Помню, я тогда стеснялся, думал: «Как же так? Он уже давно принадлежит всему миру, и его творчество давно оценено...» А другое яркое воспоминание связано со спектаклем «Одна абсолютно счастливая деревня». Помню, после премьеры я вышел во дворик театра и подумал: «Надо завязывать с профессией. Потому что я так никогда не сделаю. А если я так никогда не сделаю, зачем я этому учусь?..» У меня было сильнейшее потрясение от спектакля. В нем было сочетание всего: трагедии, драмы, комедии, мелодрамы... И при этом он был очень простым. И по нервам бьющим. «Деревня» стала для меня каким-то волшебным пенделем. С тех пор я так стараюсь ставить свои спектакли, чтобы жанр определить было невозможно.

На репетиции. На фото актеры ТЮЗа (слева направо): Григорий Цинман, Илья Володарский, Александр Федоров, Ольга Кутина, на переднем плане – Юрий Ошеров и Сергей Пускепалис. 1996 год.

– Фоменко видел твои спектакли в других театрах?

– Один раз он сказал мне: «Знаешь, почему мы так хорошо друг к другу относимся? Потому что не смотрим спектакли друг друга». (Смеется.) Каждый раз, когда я приходил к нему в библиотеку, мы садились, и я четко отчитывался о проделанной работе, что было, как было... И жизнь в театре останавливалась. Помню, однажды он пришел в Центр имени Мейерхольда на мой спектакль «От красной крысы до зеленой звезды», который я поставил в «Пятом театре» Омска. Посмотрел первый акт, понял, что хорошо, сказал, что ему холодно, и ушел. А когда у меня был очень неудачный спектакль в Театре эстрады «Рождество в доме Купьелло», он пришел и сказал: «Серега, не в том театре ты поставил это произведение». Действительно, с одной стороны, был нежнейший текст, а с другой, в театре имел свое место закамуфлированный Сталин. Интересная вещь! Я тогда впервые задумался над тем, что надо очень четко понимать, в каком доме что ты ставишь. Это очень важно.

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Невольник чести Невольник чести

Кто он, убийца Михаила Юрьевича Лермонтова?

GALA Биография, июль'18
Письма читателей Письма читателей

Мы уважаем читателя, для нас он почти человек

Maxim, сентябрь'19
Посчитаем трудодни Посчитаем трудодни

Во что отольется идея четырехдневки

Огонёк, сентябрь'19
Игры со вкусом: Калининград Игры со вкусом: Калининград

Путеводитель по 11 городам, принимающим чемпионат

National Geographic, май'18
Моего ума дело Моего ума дело

Звезды-бизнесмены

StarHit, май'18
“Я буду жить вечно”. История Нагоро – деревни кукол “Я буду жить вечно”. История Нагоро – деревни кукол

65-летняя японка Аяно Цукими из умирающей деревни Нагоро

National Geographic, май'18
Дестреза: история испанского фехтования как науки и искусства Дестреза: история испанского фехтования как науки и искусства

150 лет назад фехтование являлось ключевым навыком

National Geographic, май'18
В чем сила, Пратт? В чем сила, Пратт?

Крис Пратт одинаково успешно справляется со всеми трудностями

Glamour, июнь'18
В Дании запретили одежду, закрывающую лицо В Дании запретили одежду, закрывающую лицо

Документ, ставящий паранджу вне закона, вступит в силу 1 августа 2018 года

National Geographic, май'18
Разбойники на службе государства Разбойники на службе государства

Громкими титулами за преступления был обласкан не только Фрэнсис Дрейк

Дилетант, май'18
Остановись, старенье! Остановись, старенье!

Геронтологи готовы к прорыву

Огонёк, май'18
Татуировка, борода и топор: почему все говорят о новой God of War Татуировка, борода и топор: почему все говорят о новой God of War

Семь фактов о новой God of War

Maxim, май'18
Игра на выезде Игра на выезде

Как увидеть главные матчи ЧМ и разделить эмоции с друзьями

Популярная механика, июнь'18
7 порнодвойников знаменитостей — от Оливии Уайлд и Рианны до Натальи Поклонской 7 порнодвойников знаменитостей — от Оливии Уайлд и Рианны до Натальи Поклонской

Способ монетизировать свое сходство со знаменитостями.

Maxim, май'18
Coverstory Coverstory

Регина Тодоренко и Анастасия Ивлеева — первые лица нашего развлекательного ТВ

SNC, июнь'18
Фризлайт: фотоискусство с российским оттенком Фризлайт: фотоискусство с российским оттенком

Арсенал художника-фризлайтера

National Geographic, май'18
Как выбрать идеальный ноутбук Как выбрать идеальный ноутбук

Правильный ноутбук выполняет все пожелания пользователя

CHIP, июнь'18
Секс со справкой: как проверить здоровье партнера Секс со справкой: как проверить здоровье партнера

Можешь в самом начале отношений попросить у подруги справку от отсутствии ЗППП

Men’s Health, май'18
Самоходный сарай-чемпион и еще 4 дома, которые могут двигать собой Самоходный сарай-чемпион и еще 4 дома, которые могут двигать собой

Британский садовник разогнал свой сарай на колесах белее чем до 160 км в час

Men’s Health, май'18
Мертвые души для русского искусства Мертвые души для русского искусства

Образ предпринимателя в русской живописи трансформировался в торгаша

Дилетант, июнь'18
Над синим шариком: истории космонавтов Над синим шариком: истории космонавтов

Нелегко описать красоту Земли, которая открывается взорам с орбиты

National Geographic, май'18
Кадры для четвертого срока Кадры для четвертого срока

Ядро новой экономической команды Путина

Эксперт, май'18
Его превосходительство Его превосходительство

Lexus LX 570 Superior – самый заметный представитель в модельном ряду компании

Robb Report, май'18
Майя Тупикова-Фоменко: Майя Тупикова-Фоменко:

Очередное открытие в характере мужа иногда пугало, иногда восхищало

Караван историй, июнь'18
Неудачный побег кролика от двух хищников: видео Неудачный побег кролика от двух хищников: видео

На видео попала сцена, иллюстрирующая расстановку сил в пищевой цепочке

National Geographic, май'18
Пламенные моторы будущего Пламенные моторы будущего

Интервью с генеральным директором ЦИАМ Михаилом Гординым

Популярная механика, июнь'18
ЧМ по хоккею: ответы на 7 важных вопросов о сборной России ЧМ по хоккею: ответы на 7 важных вопросов о сборной России

4 мая сборная России проведет свой первый матч на чемпионате мира в Дании

Men’s Health, май'18
8 постельных кино-сцен, которые лучше не повторять в реальной жизни 8 постельных кино-сцен, которые лучше не повторять в реальной жизни

Тот случай, когда сто раз увидеть все-таки лучше, чем один раз попробовать

Maxim, май'18
Киркоров, Путин и еще 3 мужика, отличившихся в первые дни мая: выбор Men’s Health Киркоров, Путин и еще 3 мужика, отличившихся в первые дни мая: выбор Men’s Health

Список мужских достижений за две недели

Men’s Health, май'18
«Звёздные войны», которых не было «Звёздные войны», которых не было

Отменённые проекты Star Wars: фильмы, игры, сериалы

Мир Фантастики, июнь'18