«Время глобальных исторических проектов закончилось»

Почему Google — это новая философская машина

ЭкспертОбщество

 «Время глобальных исторических проектов закончилось»

Профессор философии и известный теоретик искусства Борис Гройс — о том, что случилось с советским проектом после холодной войны, о призраке сегодняшнего капитализма и о том, почему Google — это новая философская машина

Тихон Сысоев

Борис Гройс считает, что при капитализме проекты могут быть только индивидуальными, личностными, а идея единого проекта воспринимается как ложная, репрессивная и тоталитарная. Фото: из личного архива Бориса Гройса

Что стало с советским проектом и куда России двигаться дальше — в конечном счете, какова ее метафизическая и историческая идея? Эти вопросы обсуждаются постоянно. Казалось бы, 1990-е годы расставили все точки над i в главном противостоянии XX века; история, как сказал Фрэнсис Фукуяма, закончилась. Однако повсеместная рефлексия по поводу краха социального государства, рост национализма и борьба с русификацией демонстрируют, что мы вступили в новую эпоху, в рамках которой единоличное доминирование капиталистической системы и дигитализация по-новому определяют повседневность и природу человека, а лишь недавно обрушившийся советский проект перевоплощается в новые формы.

Эту тему мы решили обсудить с Борисом Гройсом — российским ученым с мировым именем, который вот уже много лет живет и работает в США. Он родился в Восточном Берлине, получил образование в СССР, а после эмиграции в 1981 году стал одним из немногих покинувших страну советских интеллектуалов, кто сделал блестящую академическую карьеру на Западе. Автор ряда важнейших философских работ по русской культуре и современному искусству, первый исследователь Московской концептуальной школы, куратор выставок, в том числе российского павильона на Венецианской биеннале, — исследовательский взгляд Бориса Гройса уникален для нас хотя бы потому, что философ, с одной стороны, был свидетелем советской эпохи и как мало кто другой понимает русскую культуру, а с другой стороны, сам уже много лет живет в западном обществе, наблюдает и изучает его.

— Борис Ефимович, советскому прошлому вы посвятили целую книгу «Коммунистический постскриптум». С чем связан интерес к этой эпохе, ведь вы уже много лет живете на Западе?

— Во-первых, советская цивилизация была уникальным феноменом — во многом беспрецедентным. Во-вторых, поскольку я частично был ее свидетелем, мне всегда было интересно на нее как-то отреагировать. Семидесятые годы вообще приоткрыли новый этап в осмыслении советского проекта. Я был связан с диссидентской средой и хорошо помню, как в шестидесятые все были резко настроены против всего советского. Многие знакомые хотели уехать из страны, а перед глазами были Бродский и Тарковский — воплощение всего антисоветского. А в семидесятые настроения изменились: все вдруг ужасно заинтересовались советской системой, стали над ней рефлексировать.

В общем, меня все это тогда очень интересовало — в том числе как человека русской культуры. И эти темы, повторюсь, не ушли в прошлое. На Западе проблемы социализма, коммунизма и капитализма обсуждают сегодня очень активно. Не думайте, что напряжение и диалог между в широком смысле капитализмом и в широком смысле социализмом куда-то исчезли. У этого противостояния огромная история, которая холодной войной не завершается. Уже Платон предложил государственную модель без частной собственности. И раннехристианские монастыри были организациями, которые также исключали частную собственность. То есть проблема частной собственности — отказа или принятия частной собственности — это, конечно, вечная проблема европейской цивилизации и культуры. За многовековую историю обсуждения этого вопроса маятник качался то в одну, то в другую сторону. И Советский Союз, пожалуй, один из самых интересных эпизодов в истории этой традиции.

— Из-за своей масштабности?

— Не только. Он оказался еще и самым долговременным. В европейской истории было очень много социалистических экспериментов. Были англосаксонские эксперименты по созданию коммун, были похожие проекты в Израиле (там до сих пор существуют социалистические кибуцы), был эксперимент Парижской коммуны. Но все они, в общем, оказались очень ограниченными и кратковременными, так что к началу двадцатого века было ощущение и даже убеждение, я думаю, что долговременный социалистический эксперимент просто невозможен. Однако, несмотря на это, Советский Союз просуществовал семьдесят лет. Конечно, этот эксперимент был трагичным и кровавым. Но, знаете, все исторические эксперименты трагичны и кровавы. Уж сколько Французская революция перебила людей во имя прав человека — не сосчитать. В свое время английский философ Эдмунд Берк, прочтя манифест о правах человека, сказал, что лучше быть англичанином, чем человеком. Гегель не случайно писал, что история — это Голгофа духа.

— Почему же именно в России социалистический проект оказался настолько долгим? Беспрецедентно долгим, как вы сами сказали.

— Это непросто объяснить. Дело в том, что история — это все-таки событийный, спонтанный процесс, едва ли укладывающийся в логику тех или иных законов. И в этом плане мне очень нравится мысль Троцкого, который вообще почти всегда был очень точным в своих диагнозах. Он писал, что все социалистические эксперименты провалились на Западе потому, что буржуазные лидеры там всегда были более циничными и жестокими, чем социалистические утописты, и лучше понимали расстановку сил, реальное положение вещей. Но мы, продолжает Троцкий, тем и отличились, что лучше всех остальных в России понимали, что на самом деле происходило в стране. Революцию ведь сделали эмигранты, которые вернулись в империю с Запада, имея большой опыт международных политических дискуссий.

Тут не надо забывать, что западная культура — это культура с огромной историей и традицией подозрения, скепсиса. И в первую очередь этот скепсис всегда распространялся на человека. Вся эпоха Просвещения — это постоянное упражнение в искусстве подозрения: а почему вы это говорите? а откуда вы это взяли? а почему вы считаете, что он хороший? а, может быть, он на самом деле прикидывается? Россия же по своей социальной и культурной природе всегда была менее подозрительна. И вот в эту страну коммунисты приехали с огромным аналитическим, просвещенческим багажом, с совершенно холодным, рассудочным взглядом на вещи. У них вообще не было никаких иллюзий. Это у всех остальных были какие-то иллюзии, что можно сохранить империю, победить в войне, что Россия должна духовно возрождаться и так далее. А у большевиков иллюзий не было, и именно благодаря этому они и победили.

— Положим, благодаря усвоенной культуре подозрения большевики и взяли власть в свои руки. Но почему сумели удержать ее так надолго?

— Вы знаете, французы ненавидели Эйфелеву башню, пока она строилась, а потом полюбили. Мне кажется, это случилось и в России. Вообще, двадцатый век был временем удивительной пластичности масс: они отчего-то с огромным энтузиазмом принимали то, что им предлагалось. И когда советский режим был установлен, он просто начал нравиться. Он начал нравиться прежде всего потому, что дал людям какие-то перспективы: сломалась сословная система, открылись широкие карьерные возможности, погибла ненавистная для многих традиционная русская аристократия.

— А потом просто канул в небытие?

— Мне кажется, что в сегодняшней России советский проект был перекодирован в русский империализм — и эта перекодировка глубоко интегрировалась как в общественное сознание страны, так и в сознание людей, проживающих в сопредельных ей государствах. Этот сдвиг очень важен. Он, мне кажется, полностью определяет политическое сознание современной России. Отсюда, кстати сказать, и такая популярность фигуры Сталина — человека, попытавшегося осуществить синтез социализма и империализма. И именно поэтому борьба с русификацией в сопредельных России странах сегодня превратилась в борьбу с коммунизмом.

Более того, как бы парадоксально это ни звучало, но я считаю, что главная проблема современной русской культуры — это то, что она стала русской: она утратила свое советское, интернациональное измерение. В качестве советской культуры она была культурой международной. Тогда во всем мире были коммунисты, антикоммунисты, коммунистические партии, антикоммунистические движения. Это был единый мир, внутри которого Россия занимала свое место и оперировала единым глобальным языком политики, дискутировала, спорила, настаивала на своем глобальном проекте.

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

«Очень важный совет: никому не доверять!» «Очень важный совет: никому не доверять!»

Вячеслав Касимов — о том, как банки работают над информационной безопасностью

Эксперт, июль'19
Счет времени Счет времени

Все интересное начинается там, где кончается вай-фай

Maxim, август'19
Таможня даёт добро Таможня даёт добро

Что даёт отмена пошлин на временный ввоз яхт в Россию

Robb Report, май'19
Нос тигра, усы Дали Нос тигра, усы Дали

Обновлённый KIA Sportage отказался от турбомотора и коробки с двойным сцеплением

4x4 Club, январь'19
«К черту игрушки для взрослых, у меня и так все нормально!» Почему ты не прав «К черту игрушки для взрослых, у меня и так все нормально!» Почему ты не прав

Почему отказываться от секс-игрушек глупо и как выбрать взрослую игрушку

Men’s Health, апрель'19
О театре со вкусом О театре со вкусом

Торжественный обед журнала ОK! с участием номинантов премии «Золотая маска»

OK!, апрель'19
14 14

Этих новых художников из Петербурга уже заметили галеристы

Собака.ru, апрель'19
Как справиться с подагрой — когда-то аристократической болезнью, а теперь нет Как справиться с подагрой — когда-то аристократической болезнью, а теперь нет

Гид Men’s Health по болезни, которую когда-то считали аристократической

Men’s Health, апрель'19
Самый быстрый внедорожник в мире: на льду Байкала установили рекорд Самый быстрый внедорожник в мире: на льду Байкала установили рекорд

Статус самого быстрого SUV в мире получил Jeep Grand Cherokee Trackhawk

National Geographic, апрель'19
Новый поворот Новый поворот

Коротко о том, чем примечателен нынешний розыгрыш “королевских гонок”

Men’s Health, май'19
Что скрывал король гламура Что скрывал король гламура

Сергей Зверев пришел на «Прямой эфир» без привычной блестящей короны

StarHit, апрель'19
Трое великих альпинистов погибли под лавиной в Канаде Трое великих альпинистов погибли под лавиной в Канаде

Трагедия случилась в горах канадского национального заповедника Банф

National Geographic, апрель'19
Йохан Ингер: «Когда я был мальчиком, очень торопился начать самостоятельную жизнь» Йохан Ингер: «Когда я был мальчиком, очень торопился начать самостоятельную жизнь»

Герой этого номера Grazia – хореограф Йохан Ингер

Grazia, апрель'19
Тихо! Идет съемка Тихо! Идет съемка

Интервью со Станиславом Дужниковым

OK!, апрель'19
Решает случай Решает случай

Космическая драма «Высшее общество» с Робертом Паттинсоном в главной роли

Grazia, март'19
Я не нравлюсь мужчинам Я не нравлюсь мужчинам

В чем причины неуверенности в себе и от чего зависит счастье в личной жизни

Лиза, апрель'19
Орбитальные ломы Орбитальные ломы

Сверхтяжелые ракеты SpaceX могут стать носителем первого легального оружия

Популярная механика, май'19
Стройка по поручению Стройка по поручению

Бюджетное инфраструктурное строительство тормозится из-за ценообразования

Эксперт, апрель'19
Александр Розенбаум Александр Розенбаум

Александр Розенбаум: сперва о физической подготовке, а дальше обо всем на свете

Men’s Health, май'19
«Музыка — это мой дар и мое наказание» «Музыка — это мой дар и мое наказание»

Timbaland: где он пропадал несколько лет и как преодолел творческий кризис

OK!, апрель'19
Хранить нельзя выбросить Хранить нельзя выбросить

Что делать, если после генеральной уборки квартира опять наполняется хламом

Cosmopolitan, май'19
Трудная нефть: зачем нефтяники уходят в цифру Трудная нефть: зачем нефтяники уходят в цифру

Каждая новая тонна нефти будет даваться все тяжелее и стоить все дороже

Эксперт, апрель'19
В чем поехать за город на выходные В чем поехать за город на выходные

Оказывается, спортивный костюм – не единственный вариант для поездки на природу

GQ, апрель'19
Новое начало Новое начало

Разработка полноценной системы космического туризма

Популярная механика, май'19
Интернет-гиганты уходят под воду Интернет-гиганты уходят под воду

Google и другие технологические гиганты начали активно строить подводные кабели

Эксперт, апрель'19
Теперь международный Теперь международный

Автомобильная выставка в Санкт-Петербурге 2019

АвтоМир, апрель'19
Не только Азия Не только Азия

Мотор-шоу в Шанхае и выставка в Нью-Йорке в этом году идут одновременно

АвтоМир, апрель'19
Герой асфальта Герой асфальта

Mitsubishi Pajero Sport способен на внедорожные приключения любой сложности

4x4 Club, январь'19
«У меня не хватило бы сил сделать сериал» «У меня не хватило бы сил сделать сериал»

С чем приехал на ММКФ южнокорейский режиссер Ким Ки Дук

Огонёк, апрель'19
По миру распространяется смертельный «супергрибок»: что известно сейчас По миру распространяется смертельный «супергрибок»: что известно сейчас

По миру распространяется новая инфекция, устойчивая к медикаментам

National Geographic, апрель'19