12 финалистов «Большой книги» — о чтении этим летом

Лауреатов национальной литературной премии «Большая книга» определяют читатели

РБКСобытия

12 финалистов «Большой книги» — о чтении этим летом

Лауреатов национальной литературной премии «Большая книга» определяют сами читатели. В этом году их будет трое. Пока идет голосование, мы попросили 12 писателей, вышедших в финал премии, рассказать, что они читают сами и что советуют нам.

755651032784367.png

Вы можете прочитать номинированные книги и проголосовать за своего фаворита на сайте премии «Большая книга»

 

Евгений Абдуллаев (Сухбат Афлатуни)

Дочитываю записки замечательного Карла Проффера «Без купюр» (АСТ, 2017). Разумеется, о Бродском, но не только — еще о литературных вдовах, с которыми Карл и Эллендея Профферы встречались в шестидесятые-семидесятые. Надежда Мандельштам, Елена Булгакова, Лиля Брик… Атмосфера кухонных посиделок, споры о политике, добре и зле и судьбах мира. И о литературе, разумеется.

Вообще, в честь Проффера, так много сделавшего для знакомства Запада с современной русской литературой, а России — с современной западной, стоило бы, например, назвать улицу в Москве. Улица Карла Проффера. Как вам?

Параллельно читаю «Избранное» архиепископа Иоанна (Шаховского), изданное в 92-м, но приплывшее в руки только сейчас. Тоже о русской литературе — но под другим, понятно, углом. Глоток прозрачного воздуха. И много о Толстом — главной занозе русского религиозного сознания.

Из более нового — «Собаки Европы» Ольгерда Бахаревича и «Жизнь А.Г.» Вячеслава Ставецкого. Оба — в шорте «Большой книги», оба написаны замечательным стилем. (До остальных «ошорченных» книг пока не добрался.) Пересказывать бессмысленно — там, где стиль, лучше просто брать и читать.

И немного ненавязчивой саморекламы. «Твист на банке из-под шпрот», сборник коротких рассказов, составленный по результатам конкурса среди выпускников литературной школы Creative Writing School. Предчувствую легкий скепсис в отношении дебютных текстов, но как человек, имевший отношение к составлению, рекомендую. Тестировал на друзьях и коллегах — читали с удовольствием. Выйдет в конце августа в «Эксмо». Ожидаем…

Ольгерд Бахаревич

Однажды летом, «в час небывало жаркого заката», мы с женой сидели в Троицком предместье в компании нашего норвежского друга Тура и, попивая потихоньку пиво, учились правильно произносить фамилию новой литературной звезды. «Княусгорь, — весело мяукали мы. — Карл Уве Княусгорь…» Именно тем летом, три года назад, я впервые прочитал о сумасшедшем, написавшем роман о себе самом на три с половиной тысячи страниц и обозвавшем его «Min kamp», то бишь «Моя борьба». Стало безумно интересно, что это такое и зачем. Потом довелось редактировать перевод на белорусский отличного эссе Кнаусгора о редакторстве («Задача редактора состоит в том, чтобы хороший писатель не бросил писать»), чуть позже — попросить знакомую привезти в Минск польский перевод первой книги «Моей борьбы». Зацепило; и вот в Берлине я покупаю немецкий перевод второй книги, затем третьей, а четвертую и пятую самонадеянно берусь читать по-английски, а на горизонте уже маячит увесистый том шестой. Вот и получается, что уже третье лето я читаю Кнаусгора, читаю и хочу еще — и все пытаюсь понять, почему. Почему он так хорошо читается именно летом? Почему текст, который иногда напоминает фейсбучное самоковыряние, иногда — пугает таким остервенелым саморазоблачением, что кажется, от автора вообще ничего не останется, а иногда состоит из ведущих в никуда диалогов — почему он так затягивает? Может, потому что он создан из настоящей боли, потому что это — беспощадный эксперимент над собой, потому что в нем ровно столько ужаса повседневности, сколько нужно, чтобы узнать себя. Да, я сразу же узнал в персонаже по имени Карл Уве себя — да и не я один, себя в нем узнали миллионы. И эти накликанные норвежским нарциссом воспоминания о себе самом чуть меня не убили. Автофикшн, да… Я тоже попробовал, написал книжку «Мои девяностые» о собственной молодости, стало страшно. А у Кнаусгора все равно страшнее. «Моя борьба» — книга о том, как трудно быть человеком, быть мужчиной здесь и сейчас, как тяжело говорить и двигаться в пустоте, суете и времени. Это книга о мужском эго, мужской растерянности, мужском одиночестве — и о свободе, бесполой и беспокойной. Зачем, почему? .. Какая разница. Да хотя бы для того чтобы узнать, куда движется литература и как меняется.

Евгений Водолазкин

 

Джулиан Барнс. «Одна история». На мой взгляд, самый сильный роман Барнса со времени его книги «Предчувствие конца». Щемящая история любви двух очень разных людей — разных как по возрасту, так и по мироощущению. Любовь захватывает их как водоворот и (таково уж свойство водоворотов) неумолимо тянет ко дну. Роман написан как взгляд через годы, но даже толща лет не делает раны менее болезненными.

«Яснослышащий» Павла Крусанова и «Концертмейстер» Максима Замшева. Оба эти романа — о музыке. Я читал их с особым интересом не только как автор «музыкального» романа «Брисбен». Я ощущал таинственные волны литературы, почти одновременно выносящие на берег родственные тексты, авторы которых ни сном ни духом не ведали о своих литературных родственниках. Что это — случайность? Закономерность? Нахлынувшая тоска по единству культуры?

Авторизуйтесь и читайте статьи из популярных журналов

Регистрируясь, я принимаю условия использования

Рекомендуемые статьи

Свидетельство по сдельной цене Свидетельство по сдельной цене

Бывшие акционеры ЮКОСа выдвинули новые обвинения

РБК, сентябрь'19
Тест ноутбука HP 15-db1002ng: отличная производительность от AMD и оснащение Тест ноутбука HP 15-db1002ng: отличная производительность от AMD и оснащение

HP 15-db1002ng способен оставить всех конкурентов позади

CHIP, август'19
Самый гуманный суд в мире: за что в Европе сажают в тюрьму бизнеcменов Самый гуманный суд в мире: за что в Европе сажают в тюрьму бизнеcменов

Очередная попытка гуманизации законодательства в предпринимательской сфере

Forbes, сентябрь'19
Кенгуру в снегу: необычная погода в Австралии Кенгуру в снегу: необычная погода в Австралии

На юго-восточном побережье Австралии прошел необычно сильный снегопад

National Geographic, август'19
За свежим соком — в морозилку За свежим соком — в морозилку

В Москве открылись первые магазины свежезамороженной продукции «Фреш Фрост»

Эксперт, август'19
Сценарист «Чернобыля» провел параллели между аварией на ЧАЭС и взрывом в Северодвинске Сценарист «Чернобыля» провел параллели между аварией на ЧАЭС и взрывом в Северодвинске

По словам Крейга Мейзина, за 33 года в России изменилось не так много

Maxim, август'19
Какая настольная игра подойдёт для вашего города? Какая настольная игра подойдёт для вашего города?

Вместе с Hobby World прошлись по ассортименту настолок

National Geographic, август'19
Мифы фондового рынка Мифы фондового рынка

Пять распространенных заблуждений частного инвестора

Forbes, сентябрь'19
Алексей Климушкин: «Я жадный человек» Алексей Климушкин: «Я жадный человек»

Актер сериала «СашаТаня» на ТНТ о том, как сложно прожить меньше чем на миллион

StarHit, август'19
Арривабене Арривабене

Виола и Вера Арривабене — модные символы современной Венеции

Elle, сентябрь'19
Остров солнца Остров солнца

Лучшие пляжные курорты Сицилии располагаются на южном побережье острова

OK!, август'19
Упаковки пустеют Упаковки пустеют

В Японии новый феномен

Огонёк, август'19
Король севера Король севера

Человек-айсберг, который одной левой мог убить белого медведя

Maxim, сентябрь'19
Дональд Трамп предложил купить Гренландию Дональд Трамп предложил купить Гренландию

Президент США одержим идеей завладеть самым крупным островом мира

National Geographic, август'19
И стены помогают И стены помогают

Московская квартира дизайнера Екатерины Нечаевой

AD, сентябрь'19
Клуб бывших жен Клуб бывших жен

Том Круз и 5 самых свежих мифов о нем

StarHit, август'19
Андрей Дмитриев: В моей кровати спала Софи Марсо Андрей Дмитриев: В моей кровати спала Софи Марсо

Легендарный эстет Андрей Дмитриев создал идеальную петербургскую квартиру

Собака.ru, август'19
Креативный директор Montblanc — о винтаже, аутентичности и часах «1858» Креативный директор Montblanc — о винтаже, аутентичности и часах «1858»

У Заима Камаля, креативного директора Montblanc, непростая задача

РБК, август'19
Гогенцоллерны против Германии Гогенцоллерны против Германии

Праправнук кайзера Вильгельма II требует обратно дворцы

Огонёк, август'19
Девайсы из СССР: 9 прообразов современной техники Девайсы из СССР: 9 прообразов современной техники

Кухонные комбайны, киновизоры и вафельницы — какими были советские гаджеты

РБК, август'19
#прохобби: бизнес и конный спорт Марины Польской #прохобби: бизнес и конный спорт Марины Польской

Как научиться держаться в седле и построить эффективное дело, работая 30 дней

РБК, август'19
Анастасия Чернобровина: «Стать мамой в сорок не страшно» Анастасия Чернобровина: «Стать мамой в сорок не страшно»

Ведущая программы «Утро России» о воспитании ребенка и травле в Интернете

StarHit, август'19
Вопросы есть? Вопросы есть?

Редкая звезда инстаграма не развлекается сейчас анкетами в сторис

Tatler, сентябрь'19
Белая стрекоза любви Белая стрекоза любви

Надежда Оболенцева теперь жена режиссера Резо Гигинеишвили

Tatler, сентябрь'19
Стресс-тест большого угля Стресс-тест большого угля

Расширение портовых мощностей по перевалке экспортного угля

Эксперт, август'19
Путевка в жизнь Путевка в жизнь

Зарубежное образование остается важным показателем престижа для детей

GQ, сентябрь'19
Тайна гибели академика Легасова Тайна гибели академика Легасова

В апреле 1988 года был обнаружен повесившимся Валерий Легасов

Дилетант, сентябрь'19
Люди в черном: 7 лет в монастыре Люди в черном: 7 лет в монастыре

Каждый из нас время от времени задумывается о своем предназначении

Лиза, август'19
Молодость на острие иглы Молодость на острие иглы

Жизнь коротка, а искусство косметологов вечно

GQ, сентябрь'19
MAXIM рецензирует «Однажды в… Голливуде» Квентина Тарантино. Без спойлеров MAXIM рецензирует «Однажды в… Голливуде» Квентина Тарантино. Без спойлеров

Непонятно в принципе, зачем писать рецензии на фильмы Тарантино

Maxim, август'19